— Ты пойдешь проведывать свою подругу? — спросил сдержанно Филипп, взглянув на висевший на поясе вампира красный холщовый мешочек с ягодами.
— Да.
— Хорошо.
С этими словами Филипп, потеряв всякий интерес, отряхнул свой зеленый балахон и энергичным и бодрым шагом направился к городу. Уильям посмотрел вслед своему покровителю рассеянно и смущенно. Нечто нехорошее таилось в воздухе, что-то случилось во время разговора Горрона и Филиппа. Уильям был уверен в этом. Что же происходит?
Он, расстроенный переменой отношения и отягощенный думами, дождался, когда Филипп фон де Тастемара скроется за калиткой, а затем развернулся и пошел к реке. Та, извиваясь вниз по склону, бежала через сосновый лесок, петляла между каменных глыб, которые словно специально были расставлены аккуратно вокруг города каким-нибудь великаном.
Вспоминая то слезы Йевы, то холодный взгляд Филиппа, Уильям направился вниз к извилистой реке по каменистому уклону, поросшему редкой травой. Малая Рулкия шумела в ночи под мертвенно-бледным светом луны.
Немногочисленные поля остались с другой стороны города.
Зайдя за небольшую скалу, он подошел к берегу, усыпанному острыми камнями, и тихонечко позвал.
— Вериатель…
Раздался знакомый всплеск, и из бурной воды вышла, словно поднимаясь по ступенькам, черноволосая девушка с ярко-голубыми нечеловеческими глазами. Кривовато улыбнувшись, она протянула свои ручки к Уильяму, и тот обнял свою демоницу, вмиг промокнув.
— Я скучал, — шепотом произнес мужчина, целуя девушку в лоб.
Он прижался к той единственной, которая, казалось, всегда была рада появлению Уильяма. И той единственной, появлению которой он сам радовался подобно ребенку. Вериатель прифыркнула, чуть замычала, и ее пальцы скользнули к бедрам парня, ловко сорвали мешочек с пояса и раскрыли его.
— Да-да, это для тебя! Но я думаю, ты уже знаешь, — улыбнулся Уильям.
Кивая, Вериатель выпотрошила засахаренную клюкву и съела все до последней ягодки. Сок тек по ее губам и подбородку, оставляя красные и липкие следы. Огромные голубые глаза ласково взглянули на своего любимого с сочувствием и пониманием. А быть может, он сам захотел увидеть эти чувства в нечеловеческих глазах Кельпи и все надумал.
Тем не менее, Кельпи села на берег, вытянула к воде стройные ноги в сандаликах с ленточками и протянула к Уильяму руки. Тот прилег на землю и положил голову ей на колени. Белоснежные руки гладили его по черным как смоль волосам, лицу, шее, и он смотрел влюбленными глазами на склонившуюся над ним демоницу с красными следами от ягод на фоне звездного неба. И хотя дул холодный ветер, Уильяму было тепло и хорошо. Тягостные мысли на время покинули его разум и, убаюканный лаской Вериатель, он прикрыл глаза и провалился в глубокий сон, который был столь редок из-за самой природы вампира.
Глава 17. Мертвая Рулкия
Уильям проснулся от того, что его кто-то тыкал в бок. Приоткрыв глаза, полусонный и еще не понимающий, где он: во сне или в реальности, — он посмотрел сквозь холодные пальцы на силуэт. Кто-то стоял прямо напротив солнца, и ослепленный мужчина учащенно заморгал.
— О, вы живы, — произнес радостно незнакомец. — Я уж думал, что покойничка нашел!
Голос принадлежал одному из жителей Корвунта, одетому в длинный темный кафтан, старый, но ладно скроенный и из хорошей теплой ткани. Поверх кафтана — жилет из овечьей шерсти, а на голове красовалась простая тканевая шляпа с пером ворона. За спиной висел короб для рыбы, а через плечо перевешивалась удочка — рыбак, судя по всему.
— С вами все хорошо, господин? — спросил встревоженно рыбак, поправляя шляпу, что норовила улететь от порывов ветра.
— Да, спасибо. Уже утро?
— Эко вас развезло, перепили что ли? Почти полдень, — удивленно воскликнул житель Корвунта. — Холодно спать на земле, вставайте, а то заболеете!
Уильям поднялся с холодной каменистой земли и потянулся.
— Эх, молодость, — произнес с завистью пожилой рыбак. — Я б уже помер, если б ночь провел на сырой земле.
Вампир улыбнулся. Он выспался и чувствовал себя невероятно бодрым и сильным. Все тяготы прошлой ночи остались позади.
— Что ловите? — поинтересовался Уильям.
— Форелька, белогуша, бурбулька, — выпалил житель Корвунта.
— И как клев?
— Плоховастенько… Рыба у нас хитрая, быстрая, ловить тяжело, от одной тени шарахается под камни, — посетовал старик.
— У нас в Офурте она тоже такая, не волнуйтесь, — улыбнулся вампир, скрывая за полузакрытой улыбкой клыки.
— Так вы из Офурта? Я слыхал об этих землях.