Рядом, зацепившись ногой за подлокотник кресла, неуклюже ворочался толстый этнограф , придерживая какую-то женщину в синем комбинезоне. Может быть, это Аурика? Дан заглянул через его плечо в смуглое, покрытое синяками лицо, и узнал невменяемую девицу. Девка получила по заслугам, но по крайней мере была жива. Но где же Аурика? Что с ней сделали эти подлецы?
– Эти гады за все теперь ответят, мы победили! Скорее домой! – торжествующе крикнул над ухом Дана мальчишеский голос. Круглолицый темно-рыжий парень лет семнадцати, который еще недавно не желал сидеть и ждать спасения, теперь торжествовал победу, плавая рядом с пассажирским шлюзом. Шлюз открылся, и человек в экзоскелете и закрытом шлеме, схватив мальчишку поперек туловища, ловким движением прижал к его горлу лезвие ножа.
– А ну, с дороги, дайте мне перехватчик, иначе зарежу вашего слюнтяя! – глухо прорычал он из-под шлема. Откуда он взялся?
– Отпусти парня и сдавайся! – приказал Дан, нажимая биополем. Приказ подхватил Маннелиг, подплывший сбоку, и толстячок из министерства образования, но рейдер не убирал ножа. Что такое?
– Не давайте ему ничего, пусть режет! Не сдавайтесь! – отчаянно закричал мальчишка по имени Найджел. Нож прорезал ему кожу на шее, кровь побежала к потолку цепочкой капель.
– А ну, сдавайся! Бросай оружие! – присоединился к внушению Дамьен, выплывая на середину круга, образовавшегося перед рейдером с заложником. – Сдавайся, я тебе что сказал?
«Держись, не уступай слабакам!» – услышал Дан сильную биоволну с каутильским акцентом. Комд! Откуда он взялся и где он?
Рейдер отбросил нож в сторону, и мысль комда исчезла в мешанине внушений, мыслей и чувств. Где этот подонок? И где Аурика, где она? Дан проплыл еще несколько метров к пультовой и замер.
– Поганца в наручники! Второго, который внушал, ищите в техническом шлюзе, я там его слышал! – командовал Дамьен у него над ухом, но Дан почти не слышал его.
На секунду Дану показалось, что он снова выходит в засвет, так затошнило от запаха гари и крови. На белом пушистом покрытии пола расплылось безобразное черное пятно, от которого пахло гарью и расплавленным пластиком. А чуть выше кружилось и переворачивалось женское тело в темно-синей с белым парадной форме гражданского космического флота. Ноги были нелепо расставлены, руки раскинуты в стороны, неестественно короткое тело чуть покачивалось от движения воздуха, будто живое. Дан перевел взгляд туда, где должна была быть голова, но там ничего не было. Беда! Теперь эту девушку нельзя лечить – нет мозга, нет личности, нет восстановления!
Аурика? Нет, не может быть! Фигура похожа, но ведь это не она, нет! Дан рванулся вперед, повернул мертвое тело, схватившись за рукав, и увидел рядом со своей рукой маленькую детскую ладошку и пальцы с круглыми ноготками. Эту ручку он целовал сутки назад, эта ладошка готова была дать ему пощечину за оскорбление!
Как же он допустил такое, тупой кавин? Зачем устроил скандал из-за пустяка, боялся потерять свою хваленую независимость! Наорал на нее, как последний хам, не мог сказать спокойно и по-человечески, а теперь она погибла, и никогда уже не помирится с ним! После такого ему действительно пора в отставку! Но не раньше, чем он разберется с этими подонками с «Уграсены». Так просто это он не оставит. Сначала придонный червяк с сильным биополем, а потом и его покровители ответят за все!
– Ну вот и кончили работу! Рейдерский катер наши заняли, всех этих повязали… – заговорил рядом с ним Дамьен и осекся, увидев лицо Дана. – Что случилось?
– Аурика погибла. Совсем. – Дан с трудом заставил себя говорить вслух.
– Тогда быстро в пассажирский шлюз, там уже поставили герморукав и переправили в твою машину раненых. Отвези их на «Кентавр» и не возвращайся, – сказал Дамьен.
Дан не успел ответить – Маннелиг выскочил из приоткрытых ворот технического шлюза.
– Рейдер угнал «Астродесант»!
Но там же был Элиал! Дан бросился к шлюзу. Там, где еще недавно помахивал крылом Элиал из окна «Астродесанта», было пусто, а сам Элиал висел у стены, и его серебристый экзоскелет был раскромсан ножом. Голова и позвоночник ала были сожжены лучом – рейдер знал, куда надо бить, чтобы никто не взялся за лечение. В прорехах экзоскелета были видны клочья черной аловской кожи и текла лиловая кровь, разлетаясь в невесомости сиреневыми шариками. Хвост бессильно вытянулся вдоль стены, крылья бессмысленно растопырились в стороны. Плетеный шнур из змеиной кожи с дедовским «узелком на счастье» повис над сжатым в последнем усилии пальцем хозяина. Дан завис рядом, сжав кулаки. Подонок еще и это отнял у него!