От следующего вопля даже дремавший филин на самой окраине Безлунного Леса чуть не свалился со своего насеста. А Марфа во всю рыдала. Причем не только от боли и ужаса, но уже и от потревоженной собственными слезами гордости.
После третьего прикосновения стало полегче. Не хотелось так выть, а плечо выглядело не столь пугающе. После седьмого стало ясно, что помощь больше не требуется. Ян внимательно осмотрел руку и сбросил остатки искр обратно в очаг.
– Тебе надо поесть. Что ты обычно ешь?
Ответа ожидаемо опять не последовало. Юноша кинул взгляд через плечо и замер – пока он возился с очагом, Марфа осела на лавку и уже вовсю спала. И что теперь с ней прикажете делать! Через несколько долгих мгновений он вдруг осознал, что не может отвести взгляд.
Что за невидаль такая.
Быстро опомнившись и подхватив ближайшее нечто, чем можно было ее укрыть, он так и сделал, тут же отвернувшись.
Марфа спала до глубокого утра и, наверное, не проснулась бы и дальше, если бы не Ярка, громогласно процокавший когтистыми лапами по полу. А в довершение еще и разразившийся громким кукареку. Прямо посреди избы.
Характер у этого петуха был прескверный. Свою петушью работу он отлично знал, но выполнял ее каждый раз как курица на душу положит. Именно сегодня ему захотелось явиться собственной персоной к очагу, чтобы лично засвидетельствовать Яну новый день. То ли в отместку за неспокойную ночь, то ли припомнив, что на прошлой неделе ему не доложили зерна – это так и останется тайной.
А вот переполох, который Ярка устроил, тайной точно не был. Марфа резко распахнула глаза, спросонья не поняв, где находится и что за петух посреди избы. И что за изба! И темноволосый юноша! От всего этого захотелось немедленно вскочить и убежать подальше, но тело ее все еще плохо слушалось. По сему, при попытке встать, девушка с грохотом навернулась под лавку, пребольно ушибив бок. Благо больная рука была с другой стороны.
Чуть не разразившись непристойной бранью, она кое-как отдышалась и даже смогла сесть, правда все там же на полу. Ярка флегматично смерил ее взглядом и победоносно удалился восвояси, явно довольный произведенным эффектом.
– Что за нахальная курица! – злобно выдохнула Марфа ему вслед.
– Петух.
– Не важно, – отмахнулась она, но снова взглянув на Яна, вспомнила всю вчерашнюю ночь. Быстро осмотрев руку, даже успела удивиться ее сносному состоянию.
– Если ты так постоянно будешь падать с лавок и влетать во все подряд, твой разум не выдержит моего лечения.
– Я не просила… – было начала Марфа, но тут же прикусила язык. – Извини. Спасибо, – попытка улыбнуться не увенчалась успехом. – Где я вообще и кто ты?
– Ян. Я уже говорил. А вокруг нас Безлунный Лес.
– Имя я запомнила. Но кто ты? Знахарь какой-то, травник? – почти скривилась она. – Что за лес такой? Никогда о нем слыхом не слыхивала.
– И нечего слыхивать. Живым здесь места нет.
– Так ты мертвец?! – ужаснулась Марфа. Ей в момент стало страшно холодно.
– А что, похож? – хмыкнул юноша.
– Нет, – честно созналась она.
– Ну тогда и не болтай. Я колдун, а этот лес – мое наказание или испытание. Не разберешь этих окаянных из Сговора Ближайших. Как ты сюда пробралась я пока не знаю, но за то время, что никто не сверлил меня выпученными глазищами, я выяснил, что теперь могу отсюда уйти. До срока. Считай, мы сочлись. Ты отменила мое заключение тут, а я вылечил тебе руку.
Переварить столько информации для девушки было сейчас непосильной задачей, поэтому, закрыв глаза, она глубоко и устало вздохнула.
– Мне домой надо. Все с ума сойдут.
– Устрою. Только сначала похлебки поешь, – он указал на стол, где дымился чугунок, источая великолепный мясной аромат.
Глава 2
Днем на тракте было оживленно, как и всегда. Купцы, войска, путешественники, просто бродяги, которым некуда деться. Да и прочего разнообразного люда немерено. Путь этот тянулся от далеких восточных земель до самого центра материка, и дальше, если хватит сил, смелости да дружины идти. Никто здесь не удивлялся чужестранцам совсем не похожим на местный народ. Даже напротив, с интересом на заставе расспрашивали всех, кто мог хоть сколь-нибудь внятно изъясняться на русском или любом другом славянском наречии. Сегодня тоже не было исключением.
Солнце только вошло в зенит как прибыл караван из далекого Китая. Многолюдный, тяжело нагруженный. Часть его собиралась остаться тут всего на несколько часов, часть планировала переждать ночь, чтобы дать лошадям отдохнуть. Все очень оживленно переговаривались и гомон стоял страшный.