- Мы движемся к прогрессу детектив! Вскоре такие тяжелые болезни как бронхит или истерия, станут не страшнее простуды.
- Охотно верю доктор. О. Как вы обошлись с ее сыном? Молодой человек был ясно шокирован. Неужели оскверненность тела его матери смутилп его куда сильнее?
- После нескольких стопок бренди из моих личных запасов, мальчик таки пришел в себя. Он признался, что уже слышал об подобной мнимой смерти, и признался, что попросту не был готов. Что до глаз…, его привязанность и уважение к матушке должно быть примером всему поколению. Он невероятно достойный человек и…
- Я понял. Хорошо. Я возьмусь за дело, - Сэм решил, что таинственный вор не такая уж большая загадка по сравнению с его прошлым опытом, и возможно, труд поисков даже не стоит обещанной платы. Не будь доктор столь взволнован, рассуди он спокойно, вполне вероятно, что справился бы собственными силами с определением мерзавца.
- О, благодарю вас!!
- Ответьте еще на один вопрос. Когда в последний раз вор давал о себе знать?
- Днем ранее. Мы не сразу заметили…
- Комнату морга запирать не решались?
- Не более нескольких дней, как мы сменили замки. Оригинал ключа от морга есть пока только у меня.
- Хорошо. Пока проведите меня к выходу. Я узнал все, что мне нужно.
- Правда?! Вы уже предполагаете виновного? Ах, пройдемте.
- Да. Я нанесу к вам визит завтра до полудня. Не предупреждайте сотрудников. И определите охрану для этой двери.
- Но, я…
- Скажите, сколько нужно дней, чтобы глаза потеряли свой вид?
- Ориентировочно, восемь–десять дней, не прибегая к…, - вдруг, молодой на вид практикант перебивает научную речь Рудольфа. Он в панике обратился к нему, уделив неучтиво мало внимания на его сопровожатого.
- Мистер Берри!? Доктор! У приемной стоят трое ребятишек. Они говорят, что пришли к мистеру Нику. Но, у нас нет пациента с таким именем. Дети настойчиво не желают уходить, мисс Мириам грозится позвать констебля.
- Дети? Ко мне?... Когда?! – растерянно воскликнул Сэм, резко привлекая к себе внимание обоих. Испуганно отпрянув, он обернул свой ошеломленный взгляд на доктора. Стоявший подле Рудольф, и до того подверженный волнению и постоянному стрессу, воспринял вопрос на свой личный счет:
- … Я? Я не знаю, - искренне выдохнул он, слегка прогнувшись в спине. Холодный рокот прошиб его позвонок, стоило измученному разуму на секундочку поверить, что он снова в чем-то виноват.
- Это шутка, - мгновенно изменив нрав спокойным отрешением, Сэм обратился к трем мальчишкам, прытко оказавшимися перед ними. – Вы снарядили друзей? – кружившее вокруг недовольство мало заботило, когда дело касалось личных интересов.
- Да сер, - перед уходом он велел нескольким маленьким помощникам отнести сигары старой травнице с внуками.
- И почему вы здесь? – резонно спросил детектив.
- Ваш кабинет закрыт, - не менее уверенно ответил один из сорванцов.
- Вы же знаете, где ключ. Так почему докучаете?
- Мы хотим сказать, что мы больше не будем работать на вас.
- Что?! Почему?! – на сей раз шок искренне пронзил его сердце и разум. Вопрос же по инерции был вновь адресован доктору.
- … Я? Я не знаю, - стоило ему снова увидеть требующий ответа взгляд, Рудольф незаметно для себя взмолился, чтобы все это уже наконец закончилось. «Детектив возьмется за дело, он признан и не посрамлен. Не могут какие-то дети помешать работе. К тому же скоро усталость снимется сном в домашнем уюте…»
И пока молодой доктор понемногу успокаивал себя не плохими мыслями, Сэм уже провел краткий диалог с сорванцами, условившись платить им на два пенни больше, и теперь обернулся к Рудольфу, чтобы сказать нечто очень важное.
- Простите мистер Берри, но…. Время позднее, я откланяюсь с вашего разрешения. Буду здесь завтра к полудню, - немного склонив голову Сэм попрощался с доктором и покинул больницу раньше, чем тот ответил.
Детектив правда желал отпустить еще одну шутку, приметив, что доктор совсем не слушал, о чем шла речь прямо перед ним. Но увидев, как молодой человек паралитично измелился в выражении лица еще в начале оборванной фразы, здраво решил ограничится душевной сатирой, пока.