Сейчас на свободной вешалке оказался чужой серый плащик. Под вешалкой кроссовки. Черные, с лишней полоской. Джинсы, джемпер в обтяжку, грудь второй размер с натяжкой. Вещи не с барахолки. Скорее всего, из сэконода. Впрочем, добротного.
Роза подняла глаза — совсем потерялась или я совсем забыла, что у девушки мама в больнице на операции. Чужой дом, чужой город, чужой дядька и теперь ещё и чужая тетка в халате.
— Вы ели? — спросила эта тетка запредельную глупость.
Исправилась, показала, где ванная. Идти в душ девушка отказалась. Я предложила мужу самому пойти разобрать диван в своем кабинете. Согласилась принести туда постельное белье. Пока Роза доставала из чемодана косметичку с зубной щеткой, я заметила на ручке забытую этикетку. Новый чемодан, куплен явно для поездки и явно Аркашкой, потому что на такой отоваривающиеся в сэконд-хенде люди не скопили бы и с трех зарплат. Но муженек уже ушел выполнять мою просьбу, и я могла только в спину ему посмотреть: пиджак снял. Теперь нужно найти, куда бросил. Что носки, что пиджаки мужиками не доносятся до места назначения.
Постельное белье хранилось между комнатами, я быстро взяла пачку и свернутый плед, который послужит прекрасным одеялом, и успела застать мужа наедине с диваном.
— Аркаш, сними Розе гостиницу.
Он дернул головой от удивления.
— Я спокойно без кабинета проживу. Она весь день будет в больнице торчать. Ты на работе. Она тебе не помешает.
— Ты серьезно не понимаешь? — бросила я белье на край стола. — Сходство только я вижу?
По лицу мужа скользнула тень, он даже выше стал, зачем-то расправив плечи.
— Какое ещё сходство?
Я не придала значения его настороженному тону.
— С Ритой, — ответила быстро. — Если Сенька ее увидит. Ну, не надо… Понимаешь?
Аркашка выдохнул.
— Ну ты, блин, как всегда… Все еврейские девочки тебе на одно лицо!
— Ой, вот сам не начинай!
— Тогда и ты не начинай. Три года прошло! Да он не помнит эту девку.
— Девку? — переспросила я и сжала губы. — Она не была девкой. Она его первая девушка…
— И ты этому поверила! Будет парень про постель матери говорить!
— А почему ты сомневаешься? Он ее любил. Он по ней страдал. И эти все бабы на одну ночь у него, потому что он эту Рита до сих пор любит. Если эта Роза действительно дочка твоих хороших знакомых, то пожалей ее и своих друзей.
— Вот ты сейчас сына в чем заранее обвинила? В совращении?
— Да ни в чем! — встряхнула я пододеяльник, чтобы заправить в него плед. — Я не хочу всяких там «сорянов», понимаешь? Лучше перебдеть... Сними ей в приличной гостинице номер.
— Лаура, прекрати… Ты сериалы начала смотреть? У тебя так много свободного времени?
Он махнул рукой и вышел. Я взбила подушку и направилась к двери, где столкнулась с Розой, которую направил сюда Аркашка.
— Твой чемодан за столом. Если что-то надо, кинь сообщение…
— Я не знаю ваш телефон.
Туплю по полной. Вернулась с телефоном и поделилась своим контактом. Записала ее Розой. У меня никого с таким именем. Фамилия лишнее. Да и контакт я надеялась стереть в ближайшие дни.
Пробежала глазами ночные сообщения мужа — ничего нового, он мне их озвучил возмущенным тоном. Вышла на кухню за водой и написала сыну, что у нас гости и ночуй там, где ночуешь.
«Я не сплю ни с кем» — пришел тут же ответ. И я тут же посоветовала приткнуться где-нибудь до завтрашнего вечера. Типа, спать тебе днем все равно никто не даст.
А до вечера я постараюсь сплавить эту длинноволосую красотку куда подальше. Подальше от моего сына. Пообещала я себе.
А в данный момент мне почему-то захотелось оказаться подальше от мужа. Хотя бы на краю кровати. Я легла первой и могла натянуть одеяло на голову. Аркашка отчаянно долго мылся — извел, небось, половину тюбика геля для душа. Дурь… Сначала облапает все в квартире, а потом идет смывать дорожную пыль. Что тогда спутницу свою не отправил в душ?
Нужно снять ей гостиницу — там она хоть помоется. Завтра ведь тоже только лицо ополоснет. Есть такие люди — не брезгливые, а шибко стеснительные, которые не доверяют замкам на дверях чужих ванных комнат — вдруг кто-то не постучится, а они в чем мать родила.
— Аркаш, ну что ты там потерял? — подняла я голову с подушки, когда муженек свалил с полки в шкафу одну из корзинок для белья.
— Трусы ищу, что я еще могу ночью искать в шкафу…
— Мозги… Я тебе поставила корзину с трусами в ванную…
— Лаура… — рыкнул он из темноты.