2.
Про Лауру, возлюбленную Петрарки, в Википедии написано, что род ее занятий — аристократка. Поэтому с утра мне постоянно хочется принять ванну, выпить чашечку кофе без какавы… Но увы… Как всегда, пришлось подлететь, залететь в душ на минуту и пулей вылететь на кухню. Аркашка, как водится, выполз туда, когда на сковородке все уже шкворчало.
— Опять яичница? — выдал вечную знаменитую цитату, но возвращать меня теще вот уже двадцать лет как не спешил.
— Можешь начинать кукарекать, — не повернулась я от плиты. — Пора будить твою гостью.
— Нашу… Гостью. Квартира наша, значит и гостья общая.
— Кабинет твой, я на него не претендую.
— Слушай, художница, — Я почувствовала его руки чуть ниже живота, пальцы собрали шелк халата в кулак. — Роза рисует. Может, возьмешь ее к себе в офис? Ну не должна девчонка сутками в больничке торчать. Да и не пустят ее надолго. И ещё — твоя подружка преподает в вашем училище, так ведь? Роза сейчас учится в колледже в Иркутске.
— В Копылова?
— Чтоб я ещё знал, как он называется.
— Она из Иркутска, значит, — выключила я конфорку под сковородкой, чтобы яичница дошла сама собой, не подгорев.
— Поговоришь? — проигнорировал Аркашка мое замечание. — Насчет перевода? Даже если на первый курс, Роза не будет против.
— Так? Я не поняла? — разбила я его кулак на животе и повернулась к мужу лицом.
В трениках и футболке, как в любое другое утро, в костюме на кухню завтракать Аркадий Семенович никогда не приходит.
— Ты тот козел, который за это платит?
— Она на бюджете. Она талантлива.
— У нас на бюджете поталантливее будут. С чего вдруг ей в Рериха захотелось? О, да… Знаю одного мальчика, которому в Иркутске тесно было. И девочку знаю, Алену, которая обратно после учебы в Театральном уехала…
На футболке у него пропечатан «пис-энд-лав», пацифистский значок, и в глазах такое эндлесное бесконечное обожание.
— Ты за это платишь? С какой стати? Ты семейку на поруки взял? Или знаешь, что мать не перенесет операцию? — добавила уже полным шепотом, покосившись на дверь.
Нет, девочка без приглашения не придет. Ее бы из комнаты силой вынуть — в туалет-то с утра хочется, но стремно в чужом доме пройти десять метров. Но для начала разговор о ней закончить надо.
— Честно, ничего не знаю по поводу перспектив матери, — пожал муженек плечами. — Просто подумал, что в Питере лучше образование…
— У нас там нет общаги, как мне кажется… Зато точно знаю, что не поселю эту девицу у себя. Ты спятил?
Точно — сунул руки в карманы, оттопырил, превратив треники в паруса. Спятил!
— Девочка талантлива, — повторил спятивший муженек, облокотивший спиной на спинку стула.
— Ты видел ее работы?
Он мотнул головой.
— Только по факту, что у вас в Иркутске ее взяли на бюджет, решил, что она способная?
— Я не эксперт. Но видел фотографии ее работ. Она мне их в поезде показала. И я сразу подумал…
— Мне написать? Но потом стер сообщение. Похвально! Еще бы стер заодно и те, что отправил!
Я отвернулась к шкафчикам, чтобы достать три тарелки.
— Это для нас сущие копейки, — неслось мне в спину. — Даже если ее возьмут на коммерческое, два года всего платить надо будет.
— Слушай, отправь меня на курорт за эти копейки! — я обернулась. — Аркаш, ну ты чего? Дочку захотел?
По лицу его скользнула тень.
— Сам не захотел второго ребенка, — выдала я низким шепотом. — И был рад моим выкидышам.
— Не был я им рад! — отошел он к окну поднять жалюзи. — Ты это к чему сейчас вообще приплела? — повернул ко мне только голову. — Посмотри на ее картины. Может, даже зависть возьмет… Ты-то зря бюджетное место занимала.
— Ах так!
Я швырнула ножи и вилки на стол. Хорошо, тарелки успела поставить, а то устроила бы семейную сцену с итальянским акцентом. Опять старую песню о главном завел — женился на художнице, а получил в жены цветочницу.
— Сперма в мозг ударила? Будешь со мной корочками меряться?
Он отвернулся к окну, уперся в широкий подоконник обеими руками и выглянул во двор.
— Ты на своей машине сегодня? Или с нами?
— С вами? Как звучит-то! — не контролировала я больше сарказм в своем голосе.
— Да что ты завелась-то? — обернулся Аркашка от окна. — Просто если ты на машине, мы тебя ждать не будем. Я хочу убедиться, что Розу пустят к матери, чтобы она не осталась за порогом больницы одна одинешенька. Куда идти, она не знает. Она в метро ни разу не была.
— Решил за ручку отвести? Опыт передать?
— Мой первый опыт с метро был в Москве. Лаура, да что с тобой?