И все же они продолжали держаться на плаву.
Ателье, или то, что от него осталось, возглавила Татьяна. Женщина она была деловая, несмотря на молодость. Большие цеха, где когда-то работали более сотни женщин, опустели. Оставшиеся разместились в крохотном помещении рядом с кладовкой, с завидным постоянством продолжая каждый день приходить на работу.
Но и этому огоньку деловой жизни пришел конец. Приехали на иномарках представительные мужчины, по-хозяйски прошли по этажам, сгруппировались в одном из цехов и о чем-то долго спорили. Потом один из них заглянул к швеям.
— Кто здесь у вас главный? — Со своего рабочего места поднялась Татьяна. — Можно вас на минуту?
Женщины перестали работать и в испуге замерли, ожидая решения своей дальнейшей участи. Через десять минут Татьяна вернулась.
— Все, девчата. Теперь нам хана. Эти джентльмены купили наше здание и попросили в недельный срок его освободить.
В комнате повисла тишина. Из молодых среди швей были только Ирина и Татьяна. Остальных и на работу-то никто не возьмет — возраст.
— Что же нам теперь делать? — в отчаянии проговорила Дарья Львовна. — Мне еще год до пенсии. На что я буду жить?
— Тебе год, а мне еще три, — возразила Екатерина Сергеевна.
— Давайте, женщины, не будем отчаиваться! — попробовала подбодрить всех Татьяна. — Еще не вечер. Надо искать выход из создавшейся ситуации.
— Какой выход? — тяжело вздохнула Лидия Анатольевна. — Всех скопом отвезти на кладбище и похоронить заживо в братской могиле. Разве доживу я до пенсии? И продать нечего. Были кое-какие сбережения на книжке, сгорели в одночасье. — Она горько расплакалась. Глаза стали вытирать и остальные.
— Ну, вот. Разревелись! — улыбнулась Татьяна. — Я о деле хочу с вами поговорить, а вы слезы льете.
— Говори уж, мы слушаем, — отозвалась молчавшая до сих пор Галина Ивановна.
— Дела обстоят так, — начала Татьяна, — нас просят освободить помещение, но оборудование им не нужно. Они его сдадут в металлолом. Нам разрешили взять все, что пожелаем. Даже машину дают для этого и грузчиков. Но куда все это вывезти?
— А что тут долго думать? — вступила в разговор Ирина. — Могу предоставить вам свою квартиру. Все лишнее уберем, поместится несколько швейных машин. Запас ткани у нас еще есть. На сколько хватит, столько и продержимся. А там видно будет.
Все дружно стали обсуждать, какое оборудование надо взять с собой, а с каким распрощаться навсегда. Решили взять новые машины, оверлок, стол для раскроя. Гладильный стол из-за громоздкости оставили в покое.
— Предлагаю сейчас закрыть ателье, — поднялась Татьяна, — и отправиться домой к Ирине. Надо подготовить ее квартиру к переселению.
Дома у Ирины все дружно принялись за работу. Платяной шкаф задвинули в угол, к нему вплотную втиснули диван, который, правда, разложить было уже невозможно. Обеденный стол разобрали и подняли на шкаф. Туда же водрузили и кухонный стол, чье место должен был занять стол для раскроя ткани. Освободилась довольно большая площадь, на которой вполне могло разместиться несколько швейных машин.
На следующий день квартира Ирины превратилась в крохотное ателье. Со своими нарядами ей пришлось потесниться. Шкаф забили тканями и готовыми изделиями. Стол для раскроя занял большую часть кухни, за ним и обедали.
Пять работниц сидели за швейными машинами, Татьяна носилась по городу, сбывая готовую продукцию и закупая новые ткани. Ирина кроила и готовила обеды для работниц маленького ателье. Ей тоже хватало забот, поскольку с продуктами стало туго, прилавки в магазинах опустели. Свои продовольственные карточки женщины отдали ей, и она выстаивала длинные очереди, чтобы купить все необходимое.
Маленький коллектив работал слаженно и дружно, объединенный общими заботами. Каждую пятницу Татьяна проводила собрание, отчитываясь перед подругами за проданные изделия, вырученные деньги, закупленные ткани. От чистой прибыли половину откладывали на приобретение новых тканей, остальные деньги делили между всеми поровну. Хоть и скромный, но все же заработок. Хоть маленький, а все-таки коллектив. Свое ателье нигде не афишировали, как огня боялись рэкета. Швейные машины были электрическими, работали бесшумно. Даже соседи не догадывались, что происходит в квартире молодой вдовы.