– Что? Как ты сказал?
– Черт тебя побери, Джастин! Не смотри на меня так. Может, я не из тех, кто способен произносить пышные речи, ибо вовсе не стремлюсь в политику, но это не значит, что я не вижу и не слышу ничего вокруг. Дела в стране плохи. Как тебе известно, север охвачен волнениями. Ты нужен нам, Джастин, граф совершенно прав.
Роан молча смотрел на кузена, пораженный его горячностью. Вдруг он заметил, что за последний год Эндрю, сильно возмужал. Он больше не предлагал Роану любоваться луной, а скорее предлагал ему дружбу. У виконта было много приятелей и даже близких знакомых, но мало настоящих, надежных друзей. Он не любил раскрывать ни перед кем свою душу, поэтому был готов с радостью принять дружбу Эндрю. Роан улыбнулся и поднялся.
– Немного бренди, старина?
Эндрю кивнул, а Роан, налил им бренди, подвел итог разговору.
– Почему именно я, Дрю? Я вовсе не политик, – тихо проговорил он, вспомнив, что почти то же самое говорил графу в последний вечер в Лондоне.
– Но ты мог бы им стать, Джастин. Это у тебя в крови. Твой отец славился чертовским красноречием в палате лордов, и граф считает, что ты унаследовал этот дар. Больше того, Джастин. От тебя, несомненно, исходит какой-то магнетизм, привлекающий к тебе не только дам. – Эндрю обворожительно улыбнулся.
Роан потягивал бренди, разглядывая свои сапоги для верховой езды. Его смутили похвалы кузена. Помолчав, он ответил:
– Человека, не вылезавшего последние шесть лет из лондонских игорных домов и борделей, вряд ли можно считать подходящим кандидатом на пост почтенного государственного деятеля.
– Игорные дома, Уайты, Таттерсойлы – все это не имеет никакого значения, Джастин. Дело в том, что тебя все любят и прислушиваются к твоим словам. Ты обладаешь огромной притягательной силой. Я согласен с отцом: тебе пора заняться чем-то полезным. А чем ты, собственно, здесь занимаешься? Может, ты уехал сюда, пресытившись игрой?
Роан удивленно поднял брови и крепче сжал в руке бокал. Эндрю, уже поднесший свой бокал к губам, опустил его и продолжал:
– Послушай, Джастин, в столице только и говорят о тебе, о бароне и о той ночи. Скажи, брат, что ты намерен делать с Уикемом? Сдается мне, что у тебя и без того достаточно дел здесь, в Роанбруке.
– Я не хочу говорить об этом, Дрю, – строго отрезал Роан. – К тому же слухи, к счастью, не достигли этого захолустья, и мне хотелось бы, чтобы об этом здесь подольше не узнали.
Теперь взметнулись рыжие брови Эндрю.
– О чем ты говоришь, кузен! Неужели не понимаешь, что… – Его глаза впились в Роана. – Ладно, это не имеет значения. Важно то…
– Э-э… ты сюда надолго, Дрю? Я, разумеется, рад тебя видеть, но… мне надо предупредить слуг. – Роан и в самом деле интересовался этим, но главное, желал сменить тему.
– Отец хочет, чтобы я поехал в Кент посмотреть как идут дела в поместьях, недели через две. А до этого я полностью в твоем распоряжении, – отвечал Эндрю с обычным дружелюбным энтузиазмом.
Роан подавил тяжелый вздох и попытался найти утешение в бренди. В его жизни теперь так много сложностей, что ему недосуг развлекать Эндрю. А как, черт возьми, тайно уехать вечером, если кузен надеется провести с ним полночи за игрой в пикет?
– Это очень приятная неожиданность, Дрю, но даже в этой глуши мне приходится иногда посещать соседей, – заметил он не слишком убедительно.
Эндрю ухмыльнулся и устроился поудобнее на кожаных подушках.
– Значит, и здесь есть какие-то развлечения, Джастин?
Вопрос не понравился Роану, но он решил, что лучше всего будет ответить на него в том же тоне. Кузен отличался проницательностью. Кроме того, виконт не хотел, чтобы Эндрю возвращался к теме, связанной с дядей Джорджем. Сегодня виконта не манил разговор о волнениях на севере Англии. У него хватало проблем и здесь, в центральных графствах.
– О да, сэр Хьюго и леди Кроули удостоили меня приглашения на бал в четверг. Не сомневайся, пригласят и тебя, – помолчав, добавил Роан.
– А, сэр Хьюго. Да, он довольно приятный малый. И пользуется большим влиянием в палате общин. А вот жена – настоящая ведьма, не правда ли?
– Змея, – пробормотал Роан, скривив губы. – Однако у этой змеи есть дочь, тоже рептилия, хотя и не достигшая материнских масштабов. С ней нужно быть осторожным.
– Благодарю за предупреждение, кузен. Но, наверное, есть и другие местные красотки, с которыми стоит познакомиться?
Роан помрачнел.
– Нет, – отрезал он, пожалуй, слишком быстро. – Ни одной представляющей хоть малейший интерес. Ни одной!
Глава 11
Морайя очень расстроилась, не найдя своей темно-синей амазонки. Конечно, ее пора было отдать в стирку, но все-таки где же Лиззи? Морайя рылась в своем гардеробе почти в полной темноте – она зажгла лишь одну слабую свечу, чтобы никто не задумался, зачем ей понадобилось так поздно искать платье с небольшим количеством пуговиц. Наконец девушка нашла за старым сиреневым вечерним платьем поношенную темно-коричневую амазонку, о которой совсем забыла. С облегчением вздохнув, она надела ее и не без труда застегнула на груди пуговицы. Увы, и эта амазонка оказалась ей уже тесна.
– Проклятие! – пробормотала Морайя. Почему же тело ее так округлилось? Для расцветающей Тэсс это было вполне естественно, в ее же возрасте совершенно нелепо.
Роан расхаживал по гостиной своего охотничьего домика, проделывая короткий путь по ковру от стены до стены уже раз семьдесят за последние полчаса. Он уже давно ослабил превосходно завязанный узел галстука, расстегнул темно-зеленый жилет и привел в полный беспорядок волосы, то и дело теребя их. Какое мучительное ожидание! Его терзали сомнения, придет ли она.
Роан чертовски долго убеждал Эндрю пораньше отправиться спать и ради этого почти допьяна напоил бедного малого. Наконец превосходный кларет Роана заставил Эндрю почувствовать, что он устал за несколько дней нелегкого пути, и он пошел спать.
Виконту казалось совершенно нелепым выбираться среди ночи тайком из собственного дома, но именно так и пришлось поступить. Слуги, привычные к его ночным исчезновениям и возвращениям, лишь улыбнулись бы этому, но у Эндрю наверняка возникли бы вопросы. Роан закрыл ворота и, сев на своего жеребца, подумал, что и Морайя Лэндон так же осторожно выскользнет из дому. Не дай Бог, чтобы обнаружилось ее отсутствие. Виконт пришпорил коня и устремился к охотничьему домику.
До полуночи оставалось несколько минут. Виконт налил себе очередной бокал бренди и залпом выпил его, понимая, что слишком злоупотреблял спиртным. Пытаясь напоить Эндрю и успокоить свои нервы, он потерял счет выпитым бокалам. Но Роан не был пьян. Походка его оставалась твердой, а мысли ясными, однако в голове шумело, и это раздражало виконта.
Не успела Морайя стукнуть кольцом второй раз, как Роан открыл дверь. Все было погружено во мрак, но она увидела его силуэт в лунном свете. Он, должно быть, ждал ее, стоя у самой двери. При этой мысли сердце Морайи учащенно забилось.
– Мисс Лэндон! Я… Добрый… добрый вечер. Входите, пожалуйста, – пробормотал Роан, заметно взволнованный и словно удивленный ее появлением.
Девушка молча вошла, последовала за ним в гостиную, растерявшись и не зная, о чем нужно говорить и что делать в подобной ситуации. Но она быстро овладела собой. Виконт все объяснит, убеждала она себя, если он джентльмен. Ведь он должен понимать, что она не привыкла к… О Боже, как же назвать то, что должно произойти?
Роан подвел Морайю к дивану и посмотрел на нее. На серьезном прекрасном лице девушки играли отблески свечей. Их глаза встретились, и он снова почувствовал, как его окутало теплом. Ладони его увлажнились от волнения. Он подошел ближе к Морайе, намереваясь заговорить. Она не произнесла еще ни слова, и виконт не представлял, что скажет ей. «Как нелепо, – думал он, – в моем возрасте ждать, что женщина сама завяжет беседу». Впрочем, это не смущало его. Он наслаждался, созерцая ее лицо и фигуру. Боже, что за фигура! Темно-коричневая амазонка сидела на Морайе как влитая, облегая ее восхитительное тело. Ему страстно хотелось провести руками по этим дивным выпуклостям, но Роан обуздал свои желания. Впереди еще достаточно времени. А может, нет? Что он должен делать теперь, когда она здесь?