It's a new dawn It's a new day It's a new life for me And I'm feeling good*
Валерий вернулся через полчаса. Довольный и немного озабоченный. Пока она расчесывалась в ванной, куда-то звонил, что-то рассказывал, что-то доказывал, но оставался в благодушном настроении. Когда хозяйка квартиры предстала перед ним, готовая к походу за продуктами, разглядывая её задумчивым взглядом с поволокой, спросил: - Может, не поедем никуда? - Ты можешь и не ехать. - Какая же Вы строгая, Елена Александровна! Не стала уточнять, откуда он знает её отчество.
* Это новый рассвет, Это новый день, Это новая жизнь для меня, И я чувствую себя чудесно.
“Feeling Good” Нина Симон
Глава 9.
На рынке и в магазине чувствовала себя, как в каком-то телешоу. Живя в маленьком посёлке всю жизнь, сложно не встретить в самых посещаемых местах знакомых. И ещё сложнее в «мёртвый сезон» не обратить на себя внимание не местным. Особенно с такой внешностью и фактурой, как у Валеры. А уж когда этот «неместный» находится рядом с известной каждому второму Еленой Симоновой, о семейном положении которой знали, конечно, все – можно ненароком попасть и в Тик-Ток, и в какое-нибудь «Подслушано в…», ну, и, стопятьсот % - стать главной персоной для обсуждения в Приморском на ближайшие пару дней. Любопытные взгляды, шепотки за спиной, навязчивое внимание продавщиц… А Валерий, как специально, провоцировал окружающих: держал Ленкину руку в своей, не выпуская, демонстративно приобнимал её за талию, сунул свою карту для оплаты, пока она из сумочки кошелёк доставала (и ведь не станешь на глазах у многочисленных зрителей спорить и возмущаться!). Лена едва сдерживалась, чтобы не прекратить этот показушный фарс. Останавливало лишь то, что, когда закончится это нелепое шоу, ей всё-таки здесь жить.
Уже возле машины возмущённо стукнула мужчину обоими кулачками в грудь:
- Зачем?! Зачем ты это устроил?
- Что?! - Валера театрально развёл руками, на каждой из которых покачивались пакеты с продуктами, неприлично больше, чем обычно позволяла себе одинокая женщина.
У Ленки на глазах непроизвольно выступили слёзы. Мужчина поставил пакеты на капот и собственническим движением сгрёб её в объятия.
- Алёнушка, ну, ты чего? Что такого произошло?
- Блин, Валера, завтра весь посёлок будет обсуждать этот цирк, который ты устроил!
- В чём цирк-то? – Анисимов реально удивлённо хлопал ресницами.
- Как ты не понимаешь? Меня каждая собака здесь знает! - у Елены голос срывался от прорвавшихся эмоций. – «Ленка хахаля себе наконец нашла! На базар привела его всем показать…» - явно копируя чей-то голос, женщина стала вырываться из плена мужских рук, срываясь на истерику. - Чёрт, чёрт, чёрт!
- Алён, успокойся! – он теснее прижал её к груди, успокаивающе поглаживая её волосы. – Что ты себе надумала? Свободная красивая женщина пришла со своим мужчиной сделать покупки. Что в этом такого? Ты меня стесняешься, что ли?
Лена подняла лицо, смахнула с ресниц слезинки, поднялась на цыпочки и выдохнула прямо в губы Валерке: - Прости. Я - дура. Мужчина расссмеялся: - Самокритично, - и, пользуясь моментом, поцеловал требовательно, но нежно, привлекая к себе ещё теснее. - Только не дура, а трусиха. Заметив двух товарок, вышедших покурить за угол магазина, с откровенным любопытством косящихся в их сторону, распахнул дверцу машины, усадил Елену в салон, закинул покупки в багажник, сел за руль и стартанул с места, по-хулигански, с рычанием двигателя и визгом шин, развернулся перед ошалевшими тётками и выехал на трассу. Лена прятала улыбку, зарывшись подбородком в мех воротника. Эта мальчишеская выходка взрослого респектабельного мужчины вдруг отодвинула куда-то на задворки души комплексы провинциальной интеллигентки-разведёнки и даже зазвучали в голове в унисон поднявшемуся настроению слова песни Шнура "Какого хера". Хоть и не в размере было дело. Но не суть. Когда подъехали к лестнице, ведущей к дому, сквозь голые ветки деревьев Ленка увидела выходящую из подъезда Люську с рюкзаком. Время неумолимо приближалось к часу "Ч". Валерий, разумеется, донёс до квартиры пакеты, не позволив женщине "тащить тяжести". Хотя был, конечно, в этом манёвре и тайный умысел: безумно хотелось ещё раз прижать к себе идущую рядом женщину, ощутив её тело не через пять слоёв одежды.Что, собственно, и сделал, едва за ними закрылась входная дверь квартиры. Благо, куртка у Ленки была на молнии и свитерок короткий - мужские руки тут же скользнули по спине и прижались ладонями к лопаткам. Лена шумно выдохнула, потому что в темноте коридора, казалось, заискрило: в глазах, в голове, в груди... - Может, ты никуда не пойдёшь? - шепнул на ушко так, что всё тело покрылось мурашками. Женщина тихонько застонала: - Не могуууу... Сильные пальцы, как по клавишам, пробежались вдоль позвоночника и остановились на талии, учащённое горячее дыхание в шею лишало воли: подкашивались ноги, кружево бюстгалтера вдруг показалось для напрягшихся сосков грубой дерюгой, а сердце трепыхалось почему-то в низу живота. Казалось, ещё одна безобидная ласка - и она растечётся лужицей тут же, в коридоре. Впрочим, прервал процесс превращения Елены в податливую восковую фигурку подсознательно ожидаемый ею звонок телефона в кармане.