Но останавливаться не хотелось... Нонна двигалась в такт, то отдаляясь, то требуя уйти вглубь. Ее ногти терзали подушку кушетки, а тушь потекла с ресниц. Она впускала меня все глубже и глубже, пока прохладная мошонка не стала касаться ее клитора. Изливаясь, я снова и снова без памяти погружался в ее недра. А орган мой вновь тяжелел, бороздя ее плотные чресла. Разгоряченное лоно становясь с каждым разом нежнее, безропотно принимало его....
Возгласы и всхлипы сотрясали Нонну уже не один раз. Но сейчас она не чувствовала уже ничего. Натруженная вагина, никак не воспринимала предмета у себя внутри. Она так разговелась, что просто бесстыдно впускала его. Довершив свое нехитрое дело в последний раз, я почувствовал, как пошла кругом голова. Я покинул ее, и Нонна тут же зажала промежность рукой. Схватив полотенце, она резво побежала в душ. Я сел на край кушетки и, наконец вздохнул...
- Чем я тут занимаюсь? Знала бы жена...
Но поймав себя на мысли, что выбор она сделала сама, постарался отринуть сомнения. Из тайной комнаты мы вышли вдвоем. Нонна, смыла весь макияж, ее мокрые волосы ниспадали волной. Держась за мою руку, она дошла до кресла и рухнула в него.
- Ну? - Арсен смотрел на нее с нескрываемым интересом. - И как оно?
- Предупреждать надо... у него таран между ног!
- А с семенем как?
- Да я замаялась вымывать! Может, проще доить его? Я бы согласилась...
- Даже так? - Арсен довольно потер руки. - Мы идем правильным путем! Дело сделано. А сейчас все свободны. Ты сможешь отвезти Нонну домой?
- Да, - согласился я.
- Хорошо. Тогда езжай и жди звонка. Только не испорти все исповедью с женой.
- Мы вместе не живем.
Доставив пребывающую в глубокой нирване Нонну до места, я проследил что бы она дошла до подъезда на своих непослушных ногах, и поехал домой. Там, я встретил Ольгу - свою жену.
Целую неделю, по указанию Арсена, я принимал витамины, ел говядину и всевозможные салаты, на которые Ольга была мастерица. Спал сколько влезет, ходил в бассейн, на свежем воздухе гулял с беременной женой... Нельзя же выкинуть из жизни ту, которая однажды уже стала родной. В общем, занимался тем, на что в жизни всегда времени не хватает. А в начале следующей недели прозвучал долгожданный, но тревожный звонок. Конечно же, это был Арсен.
- Саша! Здравствуй дорогой, ну что, как?
- Да нормально все... в весе прибавил.
— Это даже хорошо! Сегодня первый сеанс. Ты готов?
- Готов, - немного помедлив ответил я.
- Тогда жду тебя в пять вечера. Будь здоров!
Арсен положил трубку, а я от чего-то покраснел.
- Кто там? - спросила Ольга. - Арсен?
- Да... Сказал, что сегодня начинаем.
- Волнуешься?
- Есть такое.
- Но это же хорошее дело. Я даже за тебя рада! - она улыбнулась.
- Может быть... - смотреть на нее не хотелось. - Еще неизвестно, как все будет.
- Да не стесняйся ты, Арсен все мне рассказал. Сначала тебя погоняют на беговой дорожке несколько минут, затем сделают анализ, и, если все хорошо, тут же введут семя пациентке, пока оно активно. Вот и все! Это же здорово, когда о твоем здоровье пекутся столько человек. Да и лучше, чем камни свои на стройке ворочать!
- Ну да... ну да... - согласился я, не охотно поддерживая беседу. - Наверное лучше так. И не бесплатно...
Ольга, довольно улыбнувшись поцеловала меня как раньше и ушла заниматься своими делами. Я раздраженно стер след от ее губ и ушел к себе. Остаток дня просто сидел и тревожно ждал. Когда стрелка склонилась к четырем, я двинулся в путь.
Ольга не соврала про тренажер. Арсен тут же загнал меня туда на целых пятнадцать минут. Потом мы погуляли во внутреннем дворе и немного перекусили. Конечно, Арсен выпил вина, но мне не дал. Вместо этого пришлось выпить стакан молока. Заказчица приехала ближе к восьми.
- Чего так поздно то? - спросил я у Арсена.
- Мы подстраиваемся под ее биоритмы. У женщин влечение вечером сильнее. У мужчин утром. Вот и все. Кстати... ты должен быть побрит.
- Гигиена?
- Нет, пожелание заказчицы. Нонна все сделает...
Когда Нонна пришла, глазки ее заблестели, а на щеках проступил румянец.
- Привет... - она томно чмокнула меня в щечку, и втолкнула в смотровой кабинет.
Самое унизительное в этот день, было то, что пришлось женское смотровое кресло примерить по себе. А самое приятное - брить Нонна умела так же виртуозно, как и делать минет... Уму не постижимо, где ее помада оставила свой след...