Машина проскочила Мурманский вокзал и выехала на Валдайский бульвар. Они были почти у цели. На часах было почти три часа ночи. В кафе на втором этаже вокзала машину проводила взглядом Рита. Она допивала свой кофе и ждала, когда ей принесут мобильник, который разрядился еще в Мякурах. Сразу после погони за Клавдией она собралась позвонить Тимофею, но тут же и обнаружила, что телефон сел. Побежала к станции — там магазинчик сотовой связи уже был закрыт. А тут как раз подошел последний экспресс в центр. В него Рита и забралась, доехала до Мурманского вокзала, где в комнатах отдыха можно было найти зарядное устройство для телефона. Домой ехать не хотелось, так как оттуда ходу назад ей уже было бы не видать.
Часы на башне вокзала пробили три часа. Подошел официант и подал ей новую чашку кофе и телефон. Рита быстро нашла номер Тимофея и набрала его. Неважно — спит он или нет — она влипла в такую историю, что без его помощи не обойдется:
— Алло. Тиш?! Я тебя не разбудила?
— Алло, — раздалось в трубке, — Ритуля, ты опять телефон забыла зарядить? Я весь перенервничал, с полуночи до тебя не могу дозвониться.
— Милый, — сказала спокойно Рита, — ты только не волнуйся и не нервничай, со мной все в порядке, но я тут только что чуть…
— Чуть что?
— Чуть не поймала убийцу, — выпалила она.
— ЧТО!? Родная моя, где ты? — испугался не на шутку Тимофей.
— Я в кафе, на втором этаже Мурманского вокзала, пью их кофе. Он замечательный.
— Милая, — Тимофей заметно нервничал, — почему ты не поехала домой? С тобой точно все в порядке? Когда это случилось?
— Тиш, я просто поняла, что если я тебя сегодня не увижу, то не усну, где ты сейчас?
— Мы с бабушкой Мариной едем из деревни с запада. Скоро в город въедем. Я завезу ее домой, а потом за тобой заеду. Это быстро.
— Хорошо, мой милый, я подожду тебя здесь. Очень была рада тебя слышать.
Рита выключила разговор и призадумалась. Все–таки, она совершенно бездарный сыщик. Что надо было сделать сразу же после того, как Рита узрела похищение Клавдии от дома Носовых?
Правильно. Не искать возможность позвонить жениху, а бежать в милицию. Хотя, опять же, смысл — рассказать им про камушки? Умора просто. И из милиции прямо в дурку, в любую городскую больницу. Я получила голубой агат и цветочек в связи с этим меня должны грохнуть с особой жестокостью. Любой нормальный милиционер после такого признания вызовет психиатра, или того хуже, нарколога, посчитав что у клиента глюки от хорошей травки.
Соня и Женя мирно спали в своей квартире. Через приоткрытую форточку в комнату прорывался ветер. На улице разгуливалась буря. Сверкнула молния и раскат грома прокатился по окрестностям. За окном зашумели о листву деревьев капли дождя.
Соня подняла голову. Женя почувствовал ее движение и сказал:
— Милая, что случилось?
— На улице собирается гроза. Надо форточку и окно на лоджии закрыть.
— О боги, — сказал Женя, продирая глаза, — лежи, я сам закрою.
Женя поднялся на кровати и стал нащупывать ногами тапки. Не найдя он пошел к окну босиком, подтянулся на носках и закрыл форточку. Потом прошел в гостиную, закрыл окно на лоджии. За окном разгуливалась стихия. Ветер качал деревья, играя их ветками и тяжело опуская их к земле. Дождь усиливался.
Женя вернулся к Соне в постель:
— Ой, какой холодный, — сказала Соня, когда он коснулся ее, — закрыл?
— Конечно, — ответил Женя, — там на улице форменный Армагеддон творится. Не хочешь прогуляться?
— Ну тебя, — сказала Соня, — последние деньки отсыпаемся по полной, скоро на учебу, а ты — гулять ночью.
Соня положила свою голову на плечо Жене и крепко обняла его:
— Я люблю тебя, спать давай.
Перелив звонка в дверь ворвался в их квартиру предвестником нехорошего. Соня вскочила и посмотрела на часы — половина четвертого:
— Кто это? — глухо сказала она.
Женя посмотрел на Соню. Он сам боялся произнести эти слова, но это было чересчур очевидно. Никому бы из родственников не пришло в голову ломиться к ним в такое время, при этом не позвонив в домофон.