— Мы никому об этом не скажем. Никому.
— Так уж и не скажем.
— Я не хочу ни с кем делить наше счастье. Не позволю им вмешаться в нашу любовь. Я впервые в жизни испытываю нечто подобное.
Андрей освободил руку и стал гладить Антона по спине:
— Ты главная драгоценность, — говорил он, — что я нашел в своей жизни. И все мои видения и сны были связаны только с тобой и посвящены только тебе, и никому другому. Я клянусь тебе в том, что никогда никого не любил, и больше не полюблю. Я даю обязательство в том, что мои мысли и все мои фантазии отныне принадлежать одному тебе, мой милый Антоша.
— Андрюш, я люблю тебя. И никогда не дам тебе повода во мне усомниться. Ты самое большое открытие в моей жизни. Мне не важен никто. Я согласен отказаться от всего ради тебя.
Они обнялись, их ноги продолжали тереться друг о друга, а стопы ласкали одна другую и удовольствию этому не было видно конца и края. Так бежало время, пока они не уснули, развернувшись спинами друг к другу. Но их стопы прикасались одна к другой всю ночь. И связь не прерывалась ни на секунду. И только смерти дано было прервать эту связь.
Да, этой ночью точно все кончилось хорошо.
9. САМЫЙ ДОРОГОЙ
Твой голос, твои волосы
Даже если мы встретимся через тысячу лет
Я буду их помнить
Подобно количеству звезд на небе
Умоляю, подай мне знак,
Что этот волшебный день
Скоро настанет и ты не сотрешь меня из своей жизни
И ты все еще наполнен этим чувством как и я…
Current music — Yumi Matzusawa‑Dearest
Мой милый Сьело!
А ты ведь помнишь тот прекрасный город, где все это впервые случилось у нас? С тех пор он стал для меня священным. Пусть Калуга и напоминает все остальные провинциальные города, но она навечно останется в моей памяти самым драгоценным и прекрасным — Городом, где мы обрели нашу Любовь и впервые познали друг друга. А как много мне говорили твои прекрасные поцелуи, твои слова любви. Мы с кошками постоянно видим, что ты скучаешь по нам. И даже знаем, что когда ты рядом с Гнидой, то думаешь о нас, а не о ней. Она же пустой плод, из нее ничего не вырастет. Я ее проклял, ее семя — черное и никогда не сможет развиться. А если и разовьется, то это будет еще более пустой плод. Более грязный и малоприятный, так как ничего кроме грязи ей создать не удастся, так как Гнида — грязный человек. Просто ты этого не видишь, так как тебе нравится эта ее маска, и отрицать не хочется. А вот я все эти маски теперь наизусть знаю. Я уничтожу ее. Я уже постепенно уничтожаю ее рассказывая всю правду о том, какая она грязная. И ей уже не дано отмыться от этого позора. А когда она, загнанная в угол будет умолять о пощаде, то услышит свои же слова про «затхлый мир». Я буду их помнить всю жизнь. Если Гнида сама порешит себя, избавив мир от необходимости ее линчевать за все преступления, то ее душа еще сможет спастись. Если нет — то она целиком ходит под дьяволом. Она — зло. Услышь меня человек, увидев Гниду на улице подбери с земли камень и кинь в нее. Потому что другие такие же Гниды лишают вас любви из зависти, сбивают с толку любящих вас. Они должны быть истреблены.
Я люблю тебя
Твой А.
14.02.2010(день)
Через открытую дверь балкона в комнату прорвался луч солнца. Он упал на кровать и осветил обнаженные ноги мирно спавших под одним одеялом Антона и Андрея. Луч словно пытался согреть и поддержать их, чтобы они меньше волновались и не тревожились зря. Сворти важно сидела на своей подушке в центре небольшого пуфика по правую сторону от телевизора, точно под той лампой с оптоволокном. За окном просыпавшийся город приступал к работе. Во дворе громко сверлили асфальт. Звуки отбойника разбудили кошку и она нервно подергивала ушами, размышляя куда бы скрыться от этой камнедробильной какофонии. Вскоре на эти шумы проснулся Андрей. Он сладко потянулся вытянув вперед голые ноги и повернулся к спящему Антону. Внутри его полыхала нежность, которую Андрей испытывал к любимому человеку, а за спиной словно выросли крылья. Он был невероятно счастлив от того, что случилось этой ночью. Теперь они будут вместе. До самого конца. И это не игра и не обман. Они любят друг друга. Андрей лег на другой бок и стал нежно проводить левой рукой по волосам Антона:
— Милый, ты будешь вставать или хочешь поваляться?
Антон обернулся и улыбнулся, увидев сияющее лицо Андрея. Они слились в долгом поцелуе, обнялись: