Она смотрела на него и не верила глазам, как и в какую минуту, этот урод вдруг перестал им быть и говорит с ней без угроз, предлагать то, что никому не предлагал, то о чем мечтала бы каждая, даже о половине обещаний, а то, что он их выполнит она не сомневалась, слово данное в таком месте стоит дороже чем на улице. Но как быть с тем, что он ей не нравился, внушал чувство омерзения, от поступков, которые вытворял в этих стенах и по сплетням за его пределами.
По сути ей ничего не стоило сейчас сказать «да» и забыть о проблемах на какое-то время. Но с совестью нет договоров.
-Нет.
Это ее «нет» было настолько тихое, а Тимур уверенней в «да» был неготов к нему, смотрел Саше в глаза ища здравый смысл.
-Нет? Нет? Ты серьезно? Хочешь через три дня быть на круге, чем все, что я предложил?
-Почему на круге? Ты говорил про себя! Ничего вообще не будет, я рассказала «гнили»!
-Наивная! Думала, что только я? Или хотела, чтобы я? Думаешь после сраного «нет», не превращу твой мирок в чертов ад?
-Разве так поступают с тем кто нравится?
-Не передергивай, одного нравится тебе может не хватить. Я передумал, к черту три дня. Нах их! Сегодня! Сейчас я притащу тебя за шкирку!
-Слов ты тоже не держишь? Три дня же. Пришел ускорить? Специально? И мозги запудрить?
-Дура, ты что не поверила мне? Я же сказал ничего не будет, если не захочешь, будет как сказал, обещаю.
-Нет! Я не буду твоей девушкой, подстилкой, твоих дружков и прочее! Иди к черту!
Дрожа как осиновый лист от сказанного и того что ее ждёт после, пользуясь обалдевшим состоянием отошла от Тимура.
-Пизда тебе сука. Я сдержу слово, три дня у тебя. Лучше бы ты сдохла прям сейчас.
Он развернулся и ушёл. Их перепалку многие видели и теперь уже точно никаких плюсов в гавеной ситуации не найти.
Она знала, он будет теперь не просто тешить самолюбие, а раздирать на куски от мести. Возможно один, а может нет.
Пошла в свою комнату и затолкав пару шмоток в рюкзак, плюс хлеб из столовки стала ждать ночи.
Кто же знал, что ночи ждет она не одна, но и Тимур, чтобы свалить от сюда. Только она думала, что навсегда, а он на очередную вылазку с друзьями.
В заборе один прут был изогнут, через него все убегали на свободу.
Далеко не убежала. Вылезая через минут десять после компании. Думая проскочить пока они гогочут и курят. Не ждать же в кустах пока они свалят, вообще про их планы не зная. Ее конечно услышали и догнали, за воротник притащили обратно.
-О! Мышонок! Никакая ты не дикая. Мышь! Полевая! Ну ка иди сюда потолкуем.
Тимур оттащил от компании. Тяжело дыша и скалясь как животное, радуясь необычайной радости.
-Не получилось, да? На совсем или так, переконтоваться пока остыну?
-Насовсем.
-Ну тогда ты дико невезучая, крошка. Я как раз должен одному человеку, вот и отдам. Тебя. Будешь работать, точно всю дурь уберут, а я навещу как-нибудь. Тварь. Красивая. Ещё раз скажи, подтверди своё решение. Да и мы идём просто гулять, возвращаемся и ты со мной, нет и я выполню, что озвучил.
-Отпусти меня, пожалуйста, Тим.
-Да или Нет?
-Отпусти
-Ответь, ну так просто же, тоже тебя прошу, пожалуйста.
Специально передразнивая ее голос. Последний взгляд на дом и решение, что и от него убегу, просто пугает. Что он мне сделает? Мне пятнадцать.
-Нет.
-Хреновый выбор, детка.
Своим ребятам он крикнул, что поедем к людям какого-то сумрака отдавать долг натурель.
Прошлое «Сумрак»
«Времена не выбирают, в них живут и умирают»
Александр Кушнер
Он ехал по загруженным улицам на своём чёрном Jaguar ХJ, включив музыку. Надо было успокоиться. В переулках скорости не набрать. Он ехал мимо светофоров, ресторанов и прочего понатыканного в городе. Вокруг безмятежность летнего вечера или вернее ночи.
Резко рванул руль и свернул в сторону самого центра города. В центре пробка, в этом городе всегда так. Передумав свернул на набережную. Хотелось сбросить этот груз. Вдохнуть побольше воздуха. Чем старше он становился, тем сложнее было договориться с собой. С другими тоже. Раньше радовали удачи, встречи, переговоры, его идеи. Теперь все стало проще, есть репутация и она работает почти опережая его вход в кабинет. Забылось время, армия, работа непонятно кем, разнорабочий, пока не сделал так, чтобы развернуть свою жизнь, как эту машину.
Нет, он не был недоволен своей жизнью, как раз она устроена, квартира, дом, машина и многое прочее о чем в тридцать иногда не мечтают. И он не мечтал, мечтать о материальном было неинтересно.
Начать бы все сначала, from scratch…так повторяют люди, если сожалеют, о жизни, поступках. А надо ли? И если начинать, то с какого начала? Дня? Недели? Года? До рождения?
Бесило его какой деятельностью он занимался и что возглавлял. А может это усталость от ответственности или от задания? От больших планов. Бороться нужно всегда, борьба это жизнь, для него, для всех.
Домой. Он едет домой, а дом ли это, если там тишина и темнота. Наверное настал кризис тридцати, все о нем шутили, хотя что это в сущности за возраст тридцатьдва. Он мечтал, что его дом будет нежным и тёплым, держать близких в безопасности и главное иметь этих близких и родных. То чего никогда не было, то чего не купить, не обменять, не заставить.
Улица кишела народом, люди заходили и выходили из метро, стояли на остановках, заходили в магазины.
Вечерний воздух был тихим и душистым. Из кафе и ресторанов доносились разговоры.