Ренато, должно быть, прочитал правду по выражению моего лица, потому что просто кивнул, а затем снял пиджак. Он закатал рукава. На его руках были чернила, но я не могла рассмотреть детально.
Он кивнул Элио и приблизился. Я стояла на коленях в луже крови умирающего, понимая, что ничего не могу с этим поделать.
— Дыши, Шарлотта. — сказал Ренато, приседая рядом со мной.
Меня окутало теплом. Это был пиджак Ренато, наброшенный на мои плечи.
— Дыши, сейчас же. — приказал он и крепко взял меня за подбородок, выводя из задумчивости.
Я не осознавала, что дрожу, пока пиджак Ренато не согрел меня. Я сделала неровный вдох, затем еще один, мои глаза метнулись к нему.
— Хорошая девочка. — он наклонился и заставил мой затуманенный взгляд встретиться с его. — Это не твоя вина.
Глубокий голос Ренато согрел мою замерзшую кожу. Руки сомкнулись на моих плечах, и я встала. Я уставилась на мужчину, который собирался жениться на мне. Он стоял в луже крови, его темные глаза были устремлены на меня.
— Ты старалась изо всех сил, bambina. Это не твоя вина. — повторил он.
Элио отвернул меня от Паоло и Ренато и подвел к ящику, на котором сидел. От него пахло табаком, и этот аромат смешивался с резким металлическим запахом крови Паоло, покрывающей пол.
Я села на ящик, а Элио встал сбоку, безмолвной стеной поддерживая меня в вертикальном положении.
Ренато теперь сидел рядом с умирающим. Его белая рубашка и кожа были испачканы красным. Он невозмутимо сел в лужу крови и положил руку на плечо Паоло, наклонившись, чтобы убедиться, что тот может его видеть. Паоло, казалось, немного очнулся от своего бреда, когда понял, кто держит его за руку.
— Элисия и ребенок… — пробормотал он. С каждой секундой его лицо бледнело все больше. Оставалось недолго.
— Семья. У них будет все, что им нужно, и что они захотят до конца своих дней. Они ни в чем не будут нуждаться, fratello mio14.
Паоло кивнул, тень улыбки тронула его бескровные губы, затем он задрожал.
— Здесь так холодно, я скучаю по солнцу. По солнцу на нашей коже, как тогда, когда мы купались на Капри. — Он замолчал и снова вздрогнул.
Ренато похлопал его по плечу и прижался лбом ко лбу Паоло.
— Вот где мы сейчас находимся, не так ли? Я чувствую солнце на своей коже, я чувствую запах апельсинов из рощи в Торре Сарасена.
Глаза Паоло закрылись, а на губах заиграла легкая улыбка. Это было последнее выражение его лица.
После того, как он ушел, Ренато еще долго сидел, прижав голову ко лбу мертвеца. Я не могла оторвать глаз от этой сцены. Залитый кровью босс мафии оплакивает потерю одного из своих людей.
Когда Ренато встал, он осторожно уложил Паоло, и Элио подошел помочь, закрыв глаза покойному.
Я одиноко стояла, вцепившись в края пиджака Ренато окровавленными руками. Затем зашевелилась, снимая его. Ренато шагнул ко мне, его рубашка представляла собой багровый кошмар.
— Оставь себе. — он многозначительно посмотрел на мои влажные волосы. — Не заболей.
— Так я должна думать, что теперь ты беспокоишься о моем здоровье?
Слова вырвались из меня прежде, чем я успела их остановить. Я была потрясена тем, что только что произошло, и звучала отчаянно. Я не могла примириться с тем, что мужчина, которого я только что видела утешающим умирающего солдата, может взять в заложники двух женщин и заставить одну из них выйти за него замуж.
Его взгляд пробежался по моему лицу, и темные глаза словно впились в меня. Я не могла выдержать его пристального осмотра. Он забрал весь воздух в комнате.
— Ты обещал заботиться о его семье. Ты правда это сделаешь? — услышала я свой вопрос, мой мозг искал способ снять напряжение между нами.
— Кое-что, что ты узнаешь обо мне, маленькая медсестра, — я всегда держу свое слово. Всегда.
Он наклонился, оставив между нами всего пару сантиметров, так близко, что его дыхание нежно ласкало мою верхнюю губу. Он застыл в этой позе, пока я с ужасом гадала, собирается ли он поцеловать меня снова. И был ли это один из тех поцелуев, которыми гангстеры одаривают вас перед тем, как убить? Мне нужно было пересмотреть нескольких фильмов про мафию. Я понятия не имела, чего ожидать от этого мужчины, и мое сердце могло отказать от беспокойства из-за этого.
— Мое слово — это обязательство, и твое тоже будет… Не забывай о своем обещании, Шарлотта. Я никогда не говорил, что ты должна быть счастливой невестой, только то, что ты должна держать свое слово.