Я направилась через смежные двери в кабинет. Куда спрятать жучок? Возможно, рядом с телефоном или где-нибудь, где люди будут разговаривать. Заботилась ли я вообще о том, чтобы найти лучшее место? Нет, мне было плевать. Все, что сказала детектив Вейн, — это то, что я должна его подбросить. Она не сказала, куда.
Я направилась к столу Ренато. На нем было не так много свободного пространства, и отсутствовало удобное место, куда можно было бы спрятать прослушку, чтобы та не выделялась. На углу стола стояло растение, и, прежде чем я успела подумать об этом, я опустила жучок в почву. Похоже, он исчез в грязи.
Вот. Я сделала это.
— Шарлотта? — голос Ренато раздался прямо у меня за спиной.
Я резко развернулась и уперлась задницей в его стол.
Дерьмо. В спешке я не заметила, что дверь от пола до потолка, ведущая из библиотеки во внутренний дворик, была приоткрыта. Должно быть, он был там все это время. Он что-нибудь видел?
— Я… я искала тебя, — сказала я. В голове не было ни одной идеи, что сказать. Как я могла объяснить свое нахождение здесь?
— Искала? — спросил Ренато, приближаясь. На нем был кашемировый свитер, V-образный вырез открывал вид на загорелые ключицы. С темными прядями волос, откинутыми со лба и закатанными до локтей рукавами он был воплощением непринужденной элегантности со смертоносным оттенком. Это было чересчур для такого раннего утра.
— Да, я…
Мои слова затихли, когда он подошел к столу и посмотрел на то место, над которым застал меня в согнутой позе. Чертово растение. Он вот-вот обнаружит прослушку.
— Я думала о прошлой ночи, — выпалила я.
Он выглядел заинтригованным, но этого было недостаточно, чтобы отвлечь его от миссии. Он направился к другому краю стола, приближаясь к жучку.
Я запаниковала и протянула руку, чтобы коснуться его лица. Он тут же замер. Его щека колола мою ладонь, и я позволила себе провести пальцами по его щетине. От ощущения шероховатости глубоко в моем животе разлилось жидкое тепло.
Его глаза встретились с моими, в них пылал огонь.
— Это правда?
Ренато не предпринял никаких усилий, чтобы убрать мою руку, прижатую к его щеке, из интимного положения. Он переместил свои руки по обе стороны от меня на столе, заключив меня в клетку.
Пришло смутное осознание, что я, возможно, прыгнула со сковородки в огонь, но теперь я уже ничего не могла с этим поделать.
— И о чем именно ты думала?
— О моей программе медсестер. Ты сказал, чтобы я убедила тебя позволить мне закончить обучение, но я не знаю как.
— С твоим богатым воображением, я уверен, ты что-нибудь придумаешь. — сказал он, его взгляд метался между моими глазами и губами.
Мое тело охватил жар при воспоминании о прошлой ночи.
— Подумай, маленькая медсестра. Чего я хочу от тебя?
От его глубокого голоса у меня внутри все перевернулось.
— Секса? — пробормотала я.
Ренато ухмыльнулся.
— Полагаю, никто не может обвинить тебя в романтичности, не так ли?
Он наклонился, приблизив свое лицо к моему так близко, что я почувствовала головокружение. Он все глубже втягивал меня в свою орбиту, и это сбивало с толку.
— Секс у нас будет. Чего еще я хочу от тебя?
Я облизала губы, во рту вдруг стало чертовски сухо.
— Я не знаю. Детей?
— Дети у нас тоже будут. Попробуй еще раз… — Ренато изучал меня какое-то время, а затем вздохнул. Он начал отстраняться, его внимание переключилось с меня на стол.
Черт. Жучок. Сделай что-нибудь, Чарли. Что угодно!
Моя рука сжала его челюсть, прежде чем я успела обдумать это, а затем я подалась вперед. Он застыл на месте, когда я запечатлела целомудренный поцелуй на его губах, выглядя таким же пораженным, как и я сама. Я прижалась губами к его губам, отчаянно пытаясь отвлечь его от выяснения того, чем я тут занималась.
Моя паническая попытка сработала лучше, чем я могла надеяться.
Несмотря на неуклюжесть моих прикосновений и целомудрие неуверенного поцелуя, он застонал мне в губы и притянул меня ближе. Он целовал меня так, словно хотел поглотить, и я сгорала в его объятиях. У меня не было выбора, — успокоила я себя. Мне нужно было отвлечь его. Только поэтому я забралась на погребальный костер и подожгла себя.