– Ай, какая я неловкая… – проворковала блондинка.
– Не беда, сейчас достанем, – вызвался Костик и двинулся к тазику, расстёгивая рубашку и закатывая рукав.
– Конечно, достанете, но без рук! – припечатала его к месту злыдня.
– А как? – простонал Вадим.
– Думайте, соображайте, – усмехнулась «генерал абсурдных пыток».
И всё бы ничего, но на память потомкам, всё это действо снимали на камеру.
Воды в тазу было мало, но руками лезть девки строго запретили. Вадим метнул на меня затравленный взгляд. Я же задумался.
«Думай! Есть же варианты. Какой-нибудь ход. Надо сделать быстро и эффектно… О, придумал!»
– Дядь Вить, а можно водички? – неожиданно спросил я.
Лицо Вадима перекосило.
– Ты пить хочешь? – он спросил так, будто сомневался в моей адекватности.
– Ну да. Где тут кухня?
Ничего не понимающий без пяти минут тесть рукой махнул в сторону коридора.
– Благодарю. – отцу Лены. – Прошу прощения, феечки, – девчонкам. – Вадик, одну минутку, держись, – другу.
Костика я утащил за собой и в коридоре ткнул пальцем в холодильник.
– Магнит, – прошептал одними губами.
А сам картинно потребовал и присутствующих на кухне дам стакан воды.
– Жарко тут очень. Да и девочки, затейницы, умаяли, – перетягивал я внимание кумушек на себя.
«Ну же, Костик, давай! У всех есть магнитики на холодильнике…»
Поймав победный кивок и хитрый прищур, честно допил свой стакан воды и пошёл назад.
Вадим уже начал покрываться красными пятнами, девочки стояли насмерть.
– Не кипятитесь, затейницы, – одарил злючек Костик и передал мне магнит.
Хоть бы всё получилось. Я осмотрел коридор, магнитик в моих руках…
– Раз нельзя руками, достанем мозгами! Ребята, подсобите.
Я бросил насмешливый взгляд на свидетельницу, зажал магнит в зубах и, присев на корточки, наклонился над тазиком. С третьей попытки ключ примагнитило.
– Вуаля! – победно вскинул голову.
Мой взгляд встретился со взглядом Инны, и я чуть не уронил ключ назад. В зелёных глазах сверкали смешинки и мелькнуло восхищение.
– Хитрый ход, – похвалила Алена. – Открывайте, проходите.
И почему у меня создалось впечатление, что девушки слишком быстро и легко сдались.
– Вадь, сдаётся мне или ключ не подойдёт, или нам вообще туда не надо.
– Ты прав, не надо, – зло прошипел жених, который за время моего монолога открыл дверь. – Вы что, издеваетесь? Это не Лена!
– В смысле? – удивился, я же видел из-за спины друга кусок свадебного платья.
– Это Ульянка! Младшая сестра Лены. Где МОЯ невеста, – на друга было страшно смотреть.
Часы в коридоре показывали, что на поиски невесты и родительское благословение нам осталось минут десять от силы.
– Ульяночка, солнышко, – рычал друг, – ты знаешь куда ЭТИ дели твою сестричку?
– Не знаю, – надула губки девочка-подросток. На её глазах навернулись слёзы.
– Не переживай, Вадик просто волнуется, – неожиданно нашёлся Костик.
Парень приобнял мелкую подставную невесту и погладил её по руке. Девочка растаяла и перестала дуть губки.
– Вадим, не переживай, – появилась мама Лены. – Девочки, – взглядом прожгла она этих ведьм.
– Пусть ищет, – припечатала Алёна.
А я думал главная стерва тут Инна.
– А ты позови, может она откликнется, – съязвила рыжая.
– Леночка, – раненым зверем взвыл Вадим.
– Не так зовёшь, – уведомила Алёна. – Кричи как сильно ты её любишь.
– Ленка, я люблю тебя! – заорал друг.
Да так, что зазвенели стёкла. Вот уж реально, то ли сильно любит, то ли сильно достали. После третьего рёва из комнаты к конце коридора мы услышали голос Лены. Тут Вадим уже просто снёс охраняющих любимую подлых подружек и ворвался в комнату.
– Ага, размечтался, – услышал я рядом злое шипение.
«Инна, стерва! Что же вы ещё задумали?»
– Что значит разута? – вслед за воплем в коридор вылетел злобный жених.
– Чтобы туфельки вернуть, надо денежку платить, – ухмыльнулась Ольга, так кажется звали эту подружку невесты.
«Сволочи!» – пронеслось у меня в голове.
Туфли обошлись нам ещё в три тысячи. Красивые, кожаные, на высоком каблучке.
Вадим так умилительно выглядел, обувая свою золушку-принцессу, что мне даже стало не жаль переплаченных денег, на секунду.
Впрочем, справедливость решила восстановить Ульянка и протянула мне чек на туфли. 3250 рублей, гласил ценник. Неожиданно.
Я задумался, вспоминая расценки в каждом испытании, и понял, что ценники были рыночными. Везде. Ну, кроме четырёх тысяч, выплаченных лично мною.
То есть если бы я держал язык за зубами… но заплатить четыре куска за возможность лицезреть как преобразилось лицо свидетельницы… Я, наверное, сошёл с ума, но я бы повторил.