Вместе со свежесформированной дружиной Ленин отправился в офис крупнейшей нефтяной компании, находившийся поблизости. Там он с ноги вынес дорогую входную дверь, одним жестом оставил на местах подорвавшуюся было охрану, с подростковым проворством перемахнул через турникеты и на скоростном лифте поднялся на этаж, где располагались кабинеты высшего руководства. В сопровождении курьерской дружины Ильич прошествовал в кабинет самого главного менеджера, который как раз недавно прибыл на рабочее место.
Завидев живого Ленина, топ-менеджер с обрюзгшим лицом и бегающими вороватыми глазками в страхе забился под стол. Ловким движением Ильич вытащил его оттуда за шкирку и усадил на стол – туда, где среди кипы бумаг дымился свежеприготовленный кофе в золочёной кружке.
– Барствовать задумали, батенька? – грозно обратился он к трясущемуся от страха топ-менеджеру. – На народные деньги отгрохали вот это всё, – Ленин обвёл рукой роскошный офис, – и сидите здесь снимаете сливки, пока другие прозябают в нищете?
Топ-менеджер словно проглотил язык. Да и что он мог ответить? По существу, Ленин был прав, топ-менеджер это знал и сам. Просто заведённый порядок вещей позволял ему попивать кофе и курить кубинские сигары в дорогом кабинете, свысока поглядывая на копошащийся внизу социальной лестницы сброд и рассчитывая на свой капитал, который мог дать ему и надёжную охрану, и стабильную уверенность в завтрашнем дне. До этого самого момента…
Проснувшийся Ленин разрушил привычный топ-менеджеру порядок вещей словно карточный домик. Не помогли ни капиталы, ни специально отобранная и обученная охрана, которая так и осталась сидеть внизу, предпочитая наблюдать расправу над хозяином в экран видеомонитора.
Ленин не стал дожидаться ответа на свой вопрос, а просто вышвырнул топ-менеджера в окно. Одним дерьмом меньше, только и подумал он.
Ленин прекрасно знал, что за эти расправы кто-то обязательно назовёт его палачом и убийцей. Он уже столкнулся с этим сегодня в метро. Недовольные найдутся всегда. Причём самыми недовольными окажутся не свергнутые им топ-менеджеры или их потерявшие неправедно нажитое имущество родственники и близкие, а живущие в подаренных советской властью «хрущёвках» и «брежневках» интеллигенты и прочие заблудшие овцы, привыкшие лишь теоретизировать в своих затхлых, пропахших нафталином мирках, а на практике накладывающие в штаны при любой мало-мальски крупной буче.
Пока Ленин ходил по кабинетам нефтяных магнатов, к офису компании стянулся ОМОН. Но стоило Вождю мирового пролетариата выйти на улицу и небрежно махнуть рукой, как экипированных в современную пуленепробиваемую броню молодчиков смело словно весеннюю пыль под лёгким натиском ветра. Некоторые даже поспешили примкнуть к Пролетарской Дружине от греха подальше.
Теперь пришло время навестить Президента.
Ленин знал, что тот сейчас находится в своей резиденции на Валдае. И наверняка ему уже доложили о происходящем в Москве. Ну что ж – тем лучше.
Реквизировав в ближайшем магазине спорттоваров самокат, Ленин в компании последователей поехал по стране. Он катил без устали день и ночь, ночь и день – и везде его встречали как чудо, как спасителя, как супергероя, сошедшего со страниц комиксов или экранов телевизоров. А после того, как он играючи разметал выставленный на подступах к Твери блокпост, народная молва так и окрестила его – SuperLenin.
В дороге Ленин делал много остановок и общался с людьми. Те рассказывали ему о своих бедах и горестях. Хотя всё было ясно и без слов: по пути Ильич и сам видел покосившиеся хибары, разорённые коровники, брошенные школы, мимо которых нынешний Президент часто проносился в своём кортеже, отгородившись от мира тонированными пуленепробиваемыми стёклами.
Чем дольше ехал Ленин, тем всё больше росло число его последователей. Из Москвы он выдвинулся с тысячей соратников, оседлавших подобно ему самокаты и гироскутеры, на Валдай же прибыл с двумя миллионами. Президентская гвардия при виде такой силы в страхе разбежалась по окрестным лесам. В гнетущей тишине, нарушаемой лишь шелестом вековых елей и шуршанием колёс самоката, Ленин въехал в президентскую резиденцию.