В этот момент где-то рядом хрустнула ветка. Человек нервно вскинул голову, жадно вглядываясь в темноту. Тут же оттуда в его направлении ударил луч света от мощного фонаря. Озарённая этим светом, на него двинулась тёмная фигура.
Человек мгновенно взвился на ноги, отбросив только что извлечённый из тайника пакет в сторону. Ломанулся напрямую в сторону шоссе.
– Стоять, – прогремело ему в спину, – стрелять буду!
Человек по инерции сделал несколько шагов в направлении спасительного шоссе, затем, повинуясь только что услышанному приказу, сбавил ход и остановился, медленно оборачиваясь. В этот момент его настигли и резким движением заломили руки за спину, пригнув к земле и тем самым не давая разглядеть тех, кто его схватил.
– Попался, голубчик, – удовлетворённо сказал тот же голос, что обещал начать стрелять несколько секунд назад, – с хорошим уловом попался…
…Гремели двери в коридоре, в дежурной части беспрерывно звонил телефон. Наряды приезжали друг за другом, доставляя задержанных, оформляли их и снова уезжали бороздить ночные улицы, охраняя на них покой и сон добропорядочных граждан.
Капитан Перфильев сидел за столом в своём кабинете и, стуча пальцами по клавиатуре, оформлял задержанного сегодня в лесопарке закладчика. Тот, понурив голову, рассматривал свои грязные ладони, сидя на стуле напротив.
Поначалу кладмен пытался прикинуться дурачком, заявляя, что найденный при нём пакет с наркотиками ему не принадлежал и в ночном лесу он оказался случайно, но Перфильева его рассказы не впечатлили. Этого закладчика он пас почти три месяца, планомерно собирая доказательства против него. Чтобы сегодня вывалить их ему на голову после мастерски проведённого задержания, которым капитан руководил лично.
– Хватит валять дурака, Костя, – сказал оперативник задержанному, отвлекаясь от экрана монитора, – на пакете твои отпечатки. Кроме того, у меня есть, как минимум, три относящиеся к разным датам видеозаписи, на которых видно, как ты с упорством бегемота ходишь в этот лесопарк, и не просто в лесопарк, а в одно и то же место! Совершенно очевидно, что у тебя там тайник, и не надо мне тут ездить по ушам о том, как ты дождливой ноябрьской ночью вдруг решил погулять в лесу…
Задержанный в ответ промолчал.
– А хочешь сейчас позову пэпээсов, с которыми мы тебя брали, и мы все вместе тебя маленько отпиздим? Может, тогда будешь сговорчивее?
Закладчик заёрзал на стуле, потом выдавил:
– Не надо…
Перфильев удовлетворённо хмыкнул, затем подвинул к задержанному лист бумаги:
– Тогда пиши чистосердечное…
Преступник посмотрел на лист, затем на капитана, снова на лист:
– А можно мне адвоката?
Перфильев нервно щёлкнул пальцами:
– Блядь, Костя, какого адвоката? Тебя мало били при задержании? Или ты до сих пор не понял, в каком говне оказался?
Капитан встал из-за стола, обошёл его вокруг, поравнялся с задержанным.
– Ты в курсе, как наше отделение на районе называют?.. Душегубкой. Хочешь узнать – почему? Могу устроить тебе весёлую и познавательную ночку. А наутро, так и быть, позовём тебе адвоката. Если, конечно, дотянешь до утра… Ну так что?
Задержанный молча смотрел перед собой. Капитан сделал ложный замах – тот непроизвольно отшатнулся, в глазах мелькнул животный страх. «Этого быстро раскручу», – подумал про себя полицейский.
– Не дёргайся, пиши лучше… – Перфильев опустил ладонь на чистый лист, плавным движением придвинул его к самому краю стола, затем положил сверху шариковую ручку. – У нас тут и воры в законе, бывало, за ночь ломались…
Капитан Перфильев вышел на крыльцо отделения, вдохнул сырой, пропахший дождём воздух. Возле патрульной машины напротив крыльца курил наряд ППС. Парни о чём-то шутили, дружно гоготали. Перфильев спустился с крыльца, пошёл по дорожке в сторону калитки.
У самой калитки его окликнули. Перфильев обернулся: сзади в его сторону неспешно шагал начальник отделения полковник Жирнов.
– Ну что, Саша, поздравляю, – поравнявшись с ним, полковник протянул капитану свою ладонь, – слышал, что написал твой закладчик чистосердечное…
Перфильев ответил на рукопожатие.
– Так точно, написал.
– Молодец, – полковник дружелюбно похлопал его по плечу, приобнял и повёл в сторону стоянки, где были припаркованы их личные автомобили. – Сколько при нём было?
– Почти шесть килограмм.