За полтора часа разъездов он раскидал почти весь товар, попутно передавая информацию о координатах закладок в секретный чат, где её уже ждали подконтрольные ему дилеры. Мелкие барыги, которые забирали мастер-клады Перфильева и делали из них закладки помельче – в размере одной-двух доз, для конечного потребителя, если выражаться языком экономики.
А это и была самая настоящая экономика, Перфильев знал. Наркотики приносили огромные деньги, даже колоссальные – вполне сопоставимые с бюджетом какой-нибудь небольшой европейской страны. И эти огромные деньги требовали гибких и в то же время продуманных схем, построенных на жёсткой иерархии. Очевидно капитану было и то, что управляли этим бизнесом с самого верха, но кто и как – в эти нюансы он даже не пытался вникнуть, так ему было спокойнее.
Его непосредственным куратором был полковник Жирнов, через которого он получал товар, делом же Перфильева была дальнейшая организация сбыта. Тут ему пригодился полученный за десять лет оперативной работы опыт. Многие из тех, кто попадал в его разработку, в итоге становились дилерами Перфильева. Не все, конечно, – капитан проводил определённую выбраковку, отсеивая наиболее трусливых и глупых – но многие. За обещание смягчить наказание, скостить срок, а то и вовсе избежать ответственности. Он закрывал глаза на многие грешки своих подшефных, а те, в свою очередь, продавали ему души со всеми потрохами. Так Перфильев вносил свой скромный вклад в теневую экономику…
Мигнул жёлтым светофор, через секунду переключился на зелёный, капитан выжал газ. Проскочил пустынный перекрёсток, миновал квартал панелек позднесоветской застройки, свернул вправо, следуя извилистым контурам шоссе – дальше дорога пошла вдоль лесопарка – того самого, где несколько дней назад он брал барыгу-конкурента. Жилые дома остались в стороне, издалека вглядываясь в чёрный лесной массив своими светящимися глазами окон…
Наглядным примером того, какие деньги крутились в наркобизнесе, вполне мог служить люксовый внедорожник Жирнова, который тот никогда не смог бы позволить себе, живя на один лишь положенный оклад. Были у полковника и другие явно не соответствующие его официальному статусу активы, Перфильев был наслышан. Однако сам капитан старался никак не афишировать свои неофициальные доходы. Опять же так было спокойнее. Лучше знать своё место и не высовываться. Он – всего лишь менеджер среднего звена в огромной и чужой бизнес-империи. За Жирновым стояли серьёзные люди, которые могли, если что, впрячься за него (а может, и с лёгкостью пустить в расход), за Перфильевым же не было никого, кроме самого полковника. Поэтому свои деньги капитан аккуратно прятал в разных тайниках, стараясь не сосредотачивать крупные суммы в одном месте. Затем постепенно отмывал их через знакомого коммерса, которого плотно держал на крючке благодаря собранному на него компромату…
Оставив машину у обочины шоссе, Перфильев широким шагом двинул в лесной мрак, подсвечивая дорогу карманным фонариком. Он понимал радость Жирнова, узнавшего, что конкурент устранён: это существенно расширяло район сбыта. Кроме того, отсутствие соперничества давало полный контроль над рынком: можно было особо не заморачиваться насчёт качества товара и бодяжить наркотики с порожняком в менее гуманных пропорциях. То, что это почти наверняка ударит по потребителю – никого не волновало, торчки – не люди, просто расходный материал.
Прихваченная заморозком земля приятно хрустела под ногами. Позади гудел готовящийся ко сну город, впереди чёрными силуэтами маячили голые деревья. Капитан прошёл метров сто вглубь лесопарка, затем остановился, осмотрелся, приметил шагах в двадцати справа поваленный ствол с вывороченным корнем, пошёл к нему.
У корня присел на корточки, внимательно оглядел место готовящейся закладки и, удовлетворившись, вытащил из-под куртки внушительный пакет с наркотиками. После этого аккуратно поместил его под корни, сверху замаскировав для надёжности пучками мха. Встал, достал смартфон. Сфотографировал место с нескольких ракурсов, прикрепил к фотографии геотег с координатами и сразу отправил в чат. Дело сделано.
В этот момент где-то рядом залаяла собака. Перфильев вздрогнул и инстинктивно сделал несколько шагов от корня, оправляя куртку и делая вид, что справлял нужду. Затем быстрым движением достал из кармана фонарик и посветил туда, откуда донёсся лай. Луч света рассёк тьму метров на двадцать вперёд, но выхватил лишь серые силуэты кустарника и поваленных древесных стволов. Собака залаяла снова, совсем рядом захрустели сучки. Капитан пошёл ей навстречу.