Саша бил пальцами по своему колену. Нервно осматривался по сторонам. Даня откинулся назад и, глядя в потолок машины, о чём-то размышлял. Они просидели так ещё с полчаса. Сидели молча.
Когда воя сирен стало больше не слышно в тихом дворе спального района, чёрная «Волга» завелась и осветила фарами деревянную детскую площадку, разбитую временем. Выехав на шоссе, машина с рёвом унеслась прочь.
***
Старый багажник «Волги» скрипнул, когда Даня открыл его и посветил внутрь фонариком. Парни стояли прямо перед тем домом, в котором собирались ночевать сегодня. Промозглый холодный ветер пробирал их до костей. Деревья шуршали листьями. Тёмный двор сталинских двухэтажек не был освещён даже самым тусклым фонарём.
— Так и что нам из этого нужно? — спросил Саша, его взгляд уныло оценил две стопки с бумажными папками для бумаг, каждая с локоть высотой, каждая связана бечёвкой.
— Наверное, всё нужно, — пожал плечами Даня. — Бери и понесём в дом.
Кряхтя от тяжести бумаги, Саша вынул их из багажника и, следуя за братом, понёс их в дом. То, что местная хозяйка назвала гордым именем «Отель», по факту было обычным сталинским двухэтажным домом с трёхметровыми потолками, тесными кухнями и старым советским ремонтом. Видимо, каким-то образом женщине удалось получить в собственность целый дом на восемь квартир, и каждую она сдавала как отдельный номер.
Зайдя в квартиру, Саша с порога оценил её «чарующее» убранство. Дощатый скрипучий пол. Тусклая жёлтая лампочка в прихожей освещала такие же жёлтые обои, покрытые пятнами плесени и набухающе отходящие в углах, то ли от старости, то ли от постоянных протечек. Запах затхлости и старости. Словно тут жило поколение стариков, и открывать окно для проветривания было дурным тоном.
— Восхитительное жилище, — вздохнул Саша, проходя в первую же комнату. — Я, пожалуй, разуваться не буду.
— Лучшее за свои деньги, — усмехнулся Даня, занося в дом сумки со снаряжением для охоты. Кинув их на старую пружинную кровать со скрученным матрасом, он отправился на кухню.
Саша положил стопки дедовских документов на старый облезлый деревянный стол, стоящий у одной из кроватей. Его взгляд упал на какую-то уж больно широкую щель в углу комнаты, достаточно большую, чтобы в неё могла пролезть огромная мясистая крыса. По спине пробежали мурашки от мысли, что эта щель прямо за кроватью. Парень вздохнул и облокотился на стол.
— Холодильник, походу, накрылся! — послышался крик Дани с кухни.
— Да и хрен с ним, — тихонько отозвался Саша.
Его брат принёс с кухни пару табуреток и, поставив их к столу, начал распаковывать дедову документацию. Саша последовал его примеру.
— Это какая-то дыра, — буркнул он.
— Ой, да ладно тебе, дыра была там, в разрушенной церкви, а у нас тут есть тепло, свет, крыша над головой, — Даня поднял указательный палец, — Туалет! Ванная! Все признаки цивилизации.
— Ага, именно что, признаки, — задумчиво отозвался Саша.
В маленькой тускло освещённой комнате поздней ночью двое братьев склонились над кипой бумаг. Минуты сменяли друг друга. Пальцы шелестели старыми слипшимися листами отпечатанных на машинке отчётов. Сухой номенклатурный язык описания паранормальных событий умудрялся даже невероятные и чудесные события превратить в какой-то театр абсурда.
Саша достал очередной отчёт с вклеенной фотографией, на которой был изображён избитый человек. На коричневой бумаге чёрными буквами было отпечатано: «В соответствии с приказом Комитета Государственной Безопасности №956-89 пункт 5, заместитель начальника отдела по расследованию парапсихических явлений гражданский Маракушин Н. А. 1934 года рождения был откомандирован в село Нижние Уступки. В рамках проведения изыскательских мероприятий было установлено, что в поселении на восемьдесят жителей действовала общественная баня, организованная председателем колхоза Петрыкиным П. А. 1923 года рождения. Согласно показаниям местных жителей, в бане происходили явления, охарактеризованные Маракушиным Н. А. как соответствующие парапсихическим событиям уровня угрозы 1. В процессе сыскных мероприятий были вскрыты полы и кровля здания. Выявлены следы пребывания потусторонней сущности типа "банник". В связи с невозможностью выйти на контакт с тварью было принято решение по уничтожению сооружения с целью недопущения людей до опасных помещений. Товарищ Петрыкин П. А., выступающий свидетелем в данном расследовании, всячески препятствовал товарищу Маракушину Н. А. в проведении сыскных мероприятий, а также в уничтожении поражённой нечистью постройки. В связи с чем был классифицирован как нечистивый гражданин. При обыске в его личном жилище признаков связи с нечистью выявлено не было. Так как товарищ Петрыкин П. А. активно мешал товарищу Маракушину Н. А. осуществлять обыск, последний был вынужден применить силу. Так как следов нечисти у товарища Петрыкина П. А. выявлено не было, его дело передаётся в другой отдел КГБ с пометкой применения к нему протокола "враг народа".