— И давно это было?
— Месяц назад.
— Что?! И ты только сейчас за ним поехал?
— Да я уже неделю по этим Задворьям катаюсь! Я заколебался! — Даня всплескивает руками.
— В каком смысле?
— Их пять штук. И все — в разных областях!
— И сколько ты уже объездил?
— Четыре.
— А на последнее меня решил взять? — усмехается Саша.
— По пути было. А ещё… — Даня оборачивается, начинает копаться в чёрной сумке на заднем сиденье.
— За дорогой смотри!
— Всё нормально! — Даня достаёт скрученную газету и кидает её брату на колени. — Смотри. — Он тычет пальцем в обведённое объявление.
— Что это? — Саша включает свет, внимательно изучает текст, покачиваясь на кочках. — «Продам оранжевую копейку. Пробег 300 000 км. Задворье, дом 13. Михаил.» — Поднимает взгляд на брата. — И?
— И?! — Даня смотрит на него возмущённо, хлопает ладонью по газете. — У деда оранжевая копейка! Он поехал в Задворье и не вернулся. А тут — через три дня после его отъезда — кто-то выставляет на продажу машину такого же цвета и пробега!
— Хм… А что ты вообще искал в этой газете?
Даня отводит взгляд, лицо чуть смягчается. Бурчит неразборчиво:
— Да так, для себя кое-что смотрел... Случайно заметил. Не бери в голову.
— Ладно, ладно… И что ты собираешься делать?
— Почему тебя с собой позвал? Потому что хрен знает, что там произошло. Если машина осталась, а деда нет — это уже тревожно. Либо бандитская история, либо...
Он замолкает.
— Либо? — разводит руками Саша.
— Либо нечисть, — тихо говорит Даня.
Саша глубоко вздыхает. Он оборачивается и смотрит на сумку, из которой Даня достал газету. В темноте салона не разобрать, что там внутри, но он уже догадывается.
— Вечер будет долгим... — пробормотал Саша.
Поздний вечер. Задворье.
Тёмная улица глухой деревни. Чёрная «Волга», освещая дорогу фарами, неспешно катится мимо полуразвалившихся домов с окнами, спрятанными в тени кустарников. Грозное урчание двигателя эхом разносится по округе, словно предупреждая: в забытое Богом место прибыли чужаки.
Братья внимательно осматривают дома по обе стороны.
— Явно он приехал сюда не к старому другу, — тихо говорит Даня.
— Да уж… злачненько тут. Что конкретно ищем?
— Людей… монстров… машину? — Даня хлопает Сашу по плечу и указывает вперёд.
Слева, в нескольких десятках метров, стоит покосившийся дом, в окнах которого горит свет. Прямо под окном — припаркованная у калитки оранжевая копейка.
— Это точно она! — возбуждённо говорит Даня.
— Они все одинаковые, надо проверить, — остужает пыл брата Саша. — Номеров не видно.
— Сняли, похоже.
Даня сворачивает на обочину, фары освещают машину, калитку и старый дом. Скрип ручника, «Волга» резко притормаживает и замирает.
Даня тянется к заднему сиденью, достаёт ПМ и фонарик. Саша, увидев оружие, тут же хватает его за руку.
— Только без глупостей!
— Если они что-то сделали с дедом — я за себя не отвечаю.
Саша нервно оглядывается.
— Мы не знаем наверняка!
Даня его не слушает. Выдёргивает руку, выходит, оставив за собой скрипнувшую дверь открытой.
— Вот же ж... — бурчит Саша, вылезает следом и хлопает дверью.
Луч фонаря Данилы скользит по салону «копейки» через окно.
— Это точно его машина, — бормочет он.
Саша подходит сзади, ёжась от холодного ветра.
— Уверен?
— Уверен! — Даня выпрямляется. В его глазах — злость, дыхание тяжёлое, пальцы сжимают фонарик.
— Эй! Вы чё там попутали, салаги?! — раздаётся пьяный крик из-за калитки.
— Даня, спокойно, — Саша поднимает руки, стараясь остановить брата. — Мы не знаем всей картины.
Калитка со скрипом открывается.
— Я вам щас ноги переломаю! — орёт тот же голос.
Из-за машины выходит худощавый, морщинистый мужик в галошах и растянутых трениках. На голом торсе — дряблые мышцы и выцветшие наколки. В руке — топор.
Даня не колеблется. Он стремительно сближается с мужчиной, перехватывает топор за рукоять и бьёт его кулаком в живот. Мужика скрючивает. Даня вырывает топор и отбрасывает его в сторону.
— Стой! — Саша подбегает. Даня уже заламывает мужику руку, прижимает его к багажнику «копейки», вжимает дуло пистолета в висок.
— Посмотри на заднее сиденье! — кричит Даня.
Саша в замешательстве. Светит фонариком в салон — сиденье измазано кровью. Его лицо становится серьёзным. Он переводит взгляд на пленника и направляет на него фонарь.
— Где хозяин машины?
— Парни, вы чё? — голос мужика теперь дрожит. Он пытается вырваться, но хватка Дани железная.
— Слушай сюда! — рычит Даня. — Это машина моего деда! Где он?! Что вы с ним сделали?!