– Ма-а-а!!!! – В коридоре грохнуло что-то, видимо из фарфора. Денис выронил черпак и помчался на истошный вопль.
– Что? Что? Ника, что с тобой!.. Очнись, ну что такое? Слышишь меня?
Ника, белая от ужаса, с трудом отвалилась от стенки, левой рукой вцепилась Денису в рубашку, а указательным пальцем правой ткнула в сторону родительской спальни, говорить она не могла, зубы стучали неровно и часто…
– Что там такое… А!.. Ф-фу-х, Ника, как ты меня напугала своим криком… – Денис рассмеялся. – Кукол боишься?
– К-кукол?.. Это… это…
– Это мягкая игрушка, выполненная в виде гигантского паука. Она не живая.
– Я… видела… она ш-шевелилась.
– Неужели? А может – это простой сквозняк? Хочешь, пойдем проверим?
– Нет!!! Она точно шевелилась! Лапы…
– Таких двухметровых пауков – живых – просто не бывает. Паутина из стекловолокна. Я в детстве тоже боялся… Это у мамы такие приходы. Она у нас дизайнер, сама паука построила, сама сеть, паутину связала… – Денис надежно чувствовал, что Ника, пережившая дикий испуг, не отважится подходить к Леньке поближе, а поэтому врал уверенно и нагло. Сам виноват, надо было проверить окрестности заранее, двери позакрывать, с Леньки-то какой спрос?
– Ну-ка кыш! Что прилетел, телевизор тебе здесь, что ли? Кыш в комнату! Морка, я кому сказал!..
– Ди-инь, а у Мора глаза – что, светятся в темноте или мне тоже показалось?
– Не смейся, иногда светятся, между прочим… Я же сказал: включи свет, вот и казаться не будет, а я пока осколки замету… – И заметив ее движение: – Гипс, цена тридцать два рубля сорок копеек, я по глупости купил год назад, да все никак было не выбросить… Разливай суп, тарелки в шкафу. Иди, иди…
Разбитой горгулье было лет триста, мать говорила, старинный фарфор… Плевать, и не такое в детстве бил, родаки и не вякнут, привыкшие… Денис как стоял на четвереньках, так и замер, осененный идеей: сейчас самое время будет подойти… а она, предположим, у стола стоит… взять двумя руками за плечи… не бойся, мол, я же рядом… и поцеловать в… висок, для начала… И она… Да, точно, скорее… Денис быстро-быстро ссыпал крупный мусор в ведро, мелкую пыль предательски пхнул под тумбочку, побежал, поставил ведро куда-то вбок, вымыл и вытер руки (все равно влажные… об штаны…) и спокойным шагом двинулся на кухню. Сердце гнало кровь с чудовищной скоростью, но воздуха для дыхания все равно не хватало: в свои шестнадцать лет Денис еще никогда и ни с кем наяву не целовался.
Микроволновка отключилась в положенное время, суп все еще не был налит по тарелкам, Ника стояла молча, прижав руки к груди, лицом к нему.
– Ника, не бо…
– Денис!
– Я Денис, что еще случилось?..
– Не подходи… пожалуйста… Денис, что – это? И это?
– Пепельницы, мама у меня курит.
– А почему они из черепов? человеческих? Или это тоже муляжи?
– Не задумывался никогда… Наверно, из настоящих. Так даже прикольнее. А одна из немецкой каски есть, там в холле… – Денис все еще не оставлял надежды поцеловать Нику, хотя бы один разок, как бы нечаянно… – Пойдем, покажу?
– Не надо. – Ника вдохнула, как если бы собралась нырять, зрачки ее прыгали, не в силах ни на чем остановиться…
– А почему у вас распятие… вниз головой… Вон, над лампадой?..
– Ну я откуда знаю! Сто лет так висит. А как правильно? Я лично по церквам не хожу, ни разу не видел, а по фильмам – где вверх, где вниз, вообще я не присматривался…
– Я пойду…
– Куда ты пойдешь? А кофе? Садись, а то все остынет, я сейчас… Где половник?..
– Денис, выпусти меня немедленно. – Голос у Ники дрожал, вот-вот готовый сорваться в крик.
– Ника, что такое? Ты что?
– Не подходи, я кричать буду. Выпусти меня. Выпусти же!
Денис сосредоточился было, но обмяк: и так было видно, что девушка на грани истерики. А все этот дурацкий Ленька… и пепельница…
– Не кричи. Иду открывать. А сумочку?
– Принеси… пожалуйста…
Денис принес сумочку, пошел впереди, открыл двери…
– Так, ключи я взял, я тебя до метро провожу…
– Не надо, Денис… Спасибо, я сама…
– Нет, провожу! До метро.
Ника не стала спорить и пошла вниз. Ее, как показалось Денису, слегка пошатывало…
– Вы уже? Почему так рано? – Мать только что вышла из «мерса», они столкнулись нос к носу…
– Да… – неопределенно ответил Денис. – Решили прогуляться…
– Ника. Посмотри на меня. Что-то случилось?
Нике очень, очень не хотелось поднимать взгляд на Ольгу Васильевну, но она решилась…