- Крепче стягивай, - посоветовал сыну кузнеца гуляка, с удовольствием взирая на то, как послушные лубяные жгуты впиваются в кожу. Путы полностью обездвижили тело. На все про все ушло ровно столько времени, сколько требовалось, чтобы каждый, из вязавших пленника, получил как можно больше радости.
- Ну, а теперь приступим! - потер руки мельник.
- К чему? - не выдержал рыжеватый.
- Судить будем!
- А как же князь?
- Как ты не понимаешь, каждая минута нашего бездействия дает ему возможность сбежать?!
- И то верно! - поддержал временного начальника пьянчуга. Народ загудел. По обрывкам фраз и куче кулаков, стало ясно, что люд полностью на стороне мельника.
- Ты, что ж это, хочешь, чтобы он сызнова стал кровь из нас смоктать? Али тебе по нраву, чтобы он успел вернуться в черную хату, да всех детей перебил?
Тарас с глазами, грозящими вот-вот вылезти из орбит, попятился. Он понял, что ежели попытается еще что-нибудь возразить, так сам окажется подле ведьмака. Но все же рыжеватый решился на последний вопрос:
- Ну, а почему же мы все решили, что это именно он кровь из людей пил? Где доказательства?
- Как странно ты заговорил, Тарас. А кто ж принес весть, что дети в черной хате томятся?
- Я, - уже не так смело произнес рыжеватый.
- Так чего ж сейчас на попятную решил пойти?
- Надобно, чтоб все по справедливости было. А так нельзя, без доказательств.
- Доказательств? - прикусил губу мельник, источая злобу. - Что ж, может, кто еще сомневается в виновности этой дряни?
К облегчению Малка вверх поползло еще несколько рук. Это давало надежду на отличный от задуманного мельником исход дела. Из-за почти слепившегося люда вокруг позорного столба было довольно сложно понять, кто именно не до конца уверовал, что хозяин черной хаты и есть упырь. Юноша различил древнего старца, иногда баловавшего ребятишек рассказами о своих ратных подвигах. Малк приятно удивился, что Марьяна, которая из-за своего горя должна была первой ослепнуть при поиске правды, все-таки не считает ведьмака - источником всех бед.
- Ах, вон оно что... - недовольно сглотнул мельник. - Будут вам доказательства! Где Ядя?
- Она в твоей хате осталась, вместе с детишками, - негромко рассказала вдовица, переминавшаяся с ноги на ногу подле любого.
- Эй, ты, сгоняй ка за ней, - отправил мальчугана мельник.
- Итак, всем известно, что только нечто, обладающее нечеловечьими силами, может просачиваться в дома да становиться невидимым. Только нечистик, имеющий недюжинную силу, способен так легко и незаметно для хозяев уводить скот прямо из-под носа. Скажите, кто-нибудь из вас горазд сотворить такое? - обвел перстом собравшуюся толпу мельник. - Ты? А, может, ты?
Люди замотали головами и шагнули назад, будто, судья-самозванец собирался схватить и предать любого, кто не сделал бы этого.
- Зато все это может он! - мельник указал на ведьмака. - Это раз!
Сквозь толпу с трудом пробилась Ядя. И несмело подошла к необъяснимо изменившемуся мельнику. Женщина наткнулась взглядом на привязанного к столбу ведьмака и по ее лицу пробежала тень сожаления.
- Скажи, Ядя, как выглядел тот, кто пил кровь у тебя и твоих детей?
Женщина замялась.
- Ну же!
- Ну, он имел рост с ведьмака, черные волосы и зеленые глаза, - неуверенно высказалась женщина.
Люди ахнули.
- А это - два! - довольно подытожил мельник и тут же добавил. - Так, что есть еще сомневающиеся? Али те, кто желает князя дождаться?
- Ах ты, тварь, поганая! - заорал пьянчуга и, подхватив ближний камень, швырнул его в пленника. Тот угодил прямо в голову ведьмаку и упал подле столба. По угольным волосам на лоб выбралось алое пятно. Народ, почуяв запах расправы, тут же последовал примеру выпивохи и, не успел юноша моргнуть, как его учитель очутился, словно в специально выложенном мелкими валунами, круге.
- Стойте! - истошно заорала вдова лесничего. Но ни ее возглас, ни присоединившиеся к нему еще несколько криков уже никто не слышал. Народ опьянило желание отомстить. Малк толком не понял, как это случилось, но в следующий миг, обнаружил себя, нависшим над ведьмаком. И третья серия снарядов теперь била уже его плоть. Юноша ждал и четвертой - он вдруг оказался готов погибнуть вместе с учителем. Но в спину ткнулся только один неуверенный камешек и шмякнулся на землю. Удары стихли, крики тоже. Малк обернулся. Люди стояли с ничего не понимающими лицами. Множество рук сжимало валуны, не решаясь запустить их в неожиданно возникшую преграду.
- Какого Волосяника, ты тут делаешь? - взвизгнул мельник.
- Я не дозволю убить ни в чем неповинного человека!
- Да, как ты смеешь защищать эту... мразь?!
- Смею, его вина еще не доказана!
- Ладно, тогда третье и самое главное доказательство его злодейства: дети, томящиеся в черной хате! - победно заявил мельник. Селяне загудели, готовые сызнова забить ведьмака каменьями.
- Назад! - Малк развернулся к народу, заслоняя собой учителя. Его окровавленная рубаха, плотно облепила крепкое тело. Сверкающие глаза и воинственный вид заставили людей отступить.
- Я тоже считаю, что вина еще не доказана! - вышел вперед рыжеватый, а следом за ним - вдовица.
- Ты ж сам слышал крики детей, доносившиеся из черной хаты! - всплеснул руками самозваный судья. - Да и к тому ж Ядя сказала, что...
- Я не говорила, что это был ведьмак! Я сказала: тот лишь походил на него, - оборвала мельника женщина. - К тому же, нечистик имел двойные ряды зубов и острый, словно игла, язык.
- Пусть покажет язык! - предложил рыжеватый.
- Покажи, - попросил Малк.
Ведьмак поднял голову, словно только что пришел в себя, и улыбнулся. Юноша поразился стойкости учителя. Но, лучше бы тот этого не делал. И парень оказался прав. Мгновенно отовсюду полетели крики:
- Да, он гад, еще и ухмыляется!
- Издевается, сволочь!
- Сотрем эту нахальную усмешку валунами!
- Уйди прочь, мельников сын, или ты поляжешь вместе с ним прямо здесь!
- Погодьте! - рявкнул парень. - А что ежели я сумею доказать его невиновность?!
- Не надо, Малк, все бестолку, они не желают слышать, - тихо проговорил учитель.
- Как это докажешь? - удивилась Нюра, а вместе с ней зашептались люди.
- Да не слушайте вы его! - мельник почувствовал, что контроль над ситуацией быстро тает как последний снег в знойных лучах весеннего солнца. - Он зачарован! Вот и несет ахинею! Его расколдовать надобно, а не слушать!
Люд сызнова сбили с толку. Кто-то опять сжимал в руке валун, кто-то топтался в нерешительности, а кто-то уже высказывал мысль, что кровопивец-то на самом деле сын мельника.
- Батька, прекрати! Никто меня не околдовывал!
- Люди, послушайте, от нас не убудет, ежели мы дадим Малку высказаться, - вовремя встрял Тарас.
- Пусть говорит! Молви, сын мельника! - зазвенело с разных концов толпы.
- В деревне все время лютовал упырь! Это он пил кровь у Яди и ее малышей! Это он напал на мужиков в лесу!
Отовсюду на Малка таращились глаза.
- Однако сегодня ночью нам удалось его поймать и убить! Боле он ни на кого не сможет напасть! Упырем оказался пришлый, обосновавшийся на постоялом дворе!
- Врешь! - заорала хозяйка постоялого двора. - Врешь! Вы убили ни в чем неповинного человека! Он бы и мухи не обидел! Ничего, князюшко приедет - во всем разберется! Упырь... Надо ж такую околесицу нести? Зачем ты прикрываешь этого ведьминого выродка?
- А чем докажешь, что это он? - встрял пьянчуга.
- Да, где доказательства? - люд вновь зароптал, тряся кулаками и мотая головами.
- Я же говорил тебе, - удивительно спокойно промолвил ведьмак.