Пределов нет.
Ради нее я убью без угрызений совести. Я буду лакать кровь и калечить в тумане экстаза, пока не насыщусь, а потом потребую большего.
И пока эти раздирающие душу мысли терзают мою голову, я зацикливаюсь только на одном:
Заставить Хэйлин Сент-Джеймс осознать неизбежное.
Ее пробуждение — это только начало.
Отворачиваюсь от унылого пейзажа шоссе и обращаю свое внимание на федерального агента, который везет нас в исправительное учреждение «Брайар» для душевнобольных преступников. Он тянется, чтобы увеличить громкость радио. Несмотря на растущее похмелье, я сосредотачиваюсь на последних новостях.
Несчастье в очередной раз обрушилось на уютный городок Холлоу-Роу, где сегодня утром на близлежащем болоте было обнаружено изуродованное тело. Погибшего мужчину, который, как выяснилось, был жителем города, опознали как одного из тридцати трех пропавших местных жителей, которые таинственным образом исчезли более пяти лет назад. Этот случай поставил в тупик местные правоохранительные органы и чиновников.
Событие произошло на фоне активного расследования обнаружения расчлененных частей тела в том же районе. Официальные лица сообщают, что главным подозреваемым является печально известный в СМИ «Убийца Предвестник», который изображает жертв в виде бражника с мертвой головой, прежде чем ампутировать голову. Это культовый символ, предвещающий грядущий конец света.
На новом месте происшествия также было найдено зашифрованное письмо, в котором содержался подробный вызов, брошенный «Сверхчеловеку», обитающему в Холлоу-Роу. В настоящее время власти продолжают расследование и выясняют, был ли погибший Лэндри исполнителем этих отвратительных преступлений.
На данный момент нет никаких сведений о местонахождении остальных пропавших тридцати двух жителей.
По мере того, как новости просачиваются сквозь густой туман, окутывающий мою голову, перед глазами все застилает красная пелена ярости. Я вспоминаю ощущение биения сердца Хэйлин.
Лерой Лэндри — рогатый человек, напавший на нас с Хэйлин на Полях смерти — не был Сверхчеловеком. Это означает, что настоящий подозреваемый все еще бродит по городу. И теперь, похоже, убийца Предвестник появился в Холлоу-Роу, чтобы разорвать апокалиптический шов прямо по центру.
Шестеренки в голове двигаются быстрее, чем может обработать мой затуманенный мозг.
Хэйлин в опасности.
— Гребаные психи, — агент за рулем бормочет что-то себе под нос, убавляя громкость стереосистемы. Он переключает радиостанции, пока не останавливается на песне восьмидесятых.
Насыщенная басами музыка действует на мои чувства, истощая и без того измученное терпение. Тупая боль в висках усиливается.
— Может, позвонишь своему начальству, чтобы узнать последние новости о психах? — говорю я ему, напрягая челюсть при каждом слове.
Бросив взгляд в зеркало заднего вида, агент Эрнандес смотрит на меня так, словно я один из упомянутых психов, и раздраженно выдыхает.
— Это больше не твое дело, не так ли?
Пока он сосредотачивается на поездке, я сжимаю в кулаки свои забинтованные руки, пытаясь подавить желание перегнуться через спинку сиденья и задушить его наручниками.
Во-первых, это плохая идея: если мы разобьемся, то я не смогу вернуться к Хэйлин.
И второе: единственный человек, который сможет вновь привлечь меня к делу, находится в «Брайаре».
Нужно сдерживать свои порывы. С этим у меня серьезная проблема. Но темная ярость, кипящая внутри, пожирает меня заживо.
Я представляю, как Хэйлин слушает то же самое по радио, пока бежит из города. Моя милая маленькая лгунья заставила меня поверить, что она вернется к расследованию, хотя на самом деле ее уволили со своей должности в компании. Это я узнал от рядом сидящего агента.
Воспоминание о ее запахе вызывает у меня боль в груди. Даже на таком расстоянии друг от друга, если я отгораживаюсь от мира, то все равно чувствую бурлящий водоворот ее эмоций, и страдание, разрывающее ее разум.
Она одержима убийцей Предвестником, и поэтому найдет способ вернуться в городок. Не сомневаюсь, что она уже знает о новом убийстве и пытается доказать, что это сделал я.
Я не могу сдержать улыбку, которая расползается по моему лицу. Как же приятно осознавать, что она так легко не избавится от меня.
Она назвала меня социопатом, пиявкой, которая питается ее эмоциями. Не отрицаю. Я глубоко погряз в ней. Может, я и кровососущий паразит, жаждущий насытиться ею, но сейчас есть нечто гораздо более зловещее, стремящееся заполучить ее.
Разделить нас было неправильным решением.
— Мы на месте, — объявляет Эрнандес, как будто я пятилетний ребенок, которого нужно успокоить.
— Я в предвкушении.
Его светло-карие глаза встречаются с моими в зеркале.
— Та сексуальная криминалистка, с которой ты работал… и с которой целовался… — говорит он и полностью завладевает моим гребаным вниманием.
— Доктор Сент-Джеймс, — помогаю ему. Стиснув зубы, подавляю яростное желание.
После нашего с ней расставания, мой запал иссяк.
— Ага, — он подъезжает к тротуару под крытой площадкой для высадки пассажиров. — Она реально разделась догола и разрешила лапать себя окровавленными руками?
При виде Хэйлин, украшенной костями, у меня в крови поднимается жар.