— Отлично, — бормочу я себе под нос.
Если панели не получат достаточно света, батарея не зарядится, и нам придется полагаться на камин для тепла и тот небольшой бензин, что остался в генераторе для готовки.
Даже думать не хочу о том, что будет, когда он кончится.
Я поправляю куртку, осматривая горизонт. Океан все еще зол, волны бурлят и бьются о скалы. День, который заставляет задуматься о психическом здоровье любого, кто добровольно здесь находится.
Именно поэтому лодка здесь не к месту.
Я вижу ее, опасно покачивающуюся близко к острову, подбрасываемую неумолимыми волнами. Она маленькая, может, рыбацкая лодка или шлюпка, но она слишком близко. Течением притащило, но никто в здравом уме не вышел бы в море в такую погоду. Сердце уходит в пятки, когда я вижу, как волны бьют ее, каждый удар подталкивает ближе к острым скалам.
— Что за идиот…? — замолкаю я, щурясь, когда лодка подплывает ближе. Что-то в ней кажется неправильным. Дело не только во времени или погоде — в ней есть неестественная неподвижность, даже когда волны молотят по бокам.
Следующая волна — большая, с силой швыряет лодку о скалы. Звук эхом разносится — тошнотворный хруст дерева и стеклопластика. Я ругаюсь под нос и бегу к берегу. Брызги от разбивающихся волн мочат лицо, пока я пробираюсь по усыпанной обломками земле.
К тому времени, как я добираюсь до обломков, ясно, что лодку не спасти. Она застряла между скал, наполовину затонувшая, вода плещется через край. Запах бензина висит в воздухе, смешиваясь с соленым запахом океана.
Мой желудок скручивает, когда я осознаю масштаб разрушений.
Я кричу:
— Есть кто?
Но уже знаю, что что-то не так. Ни движения, ни ответа. Только звук волн и стон разбитого корпуса лодки.
Забравшись на скалы, я заглядываю в лодку. Двое — мужчина и женщина — лежат без движения внутри, их тела неестественно скручены.
Мужчина навалился на приборную панель, голова запрокинута под неестественным углом, кожа безжизненно-бледная. Женщина сжалась у борта, лицо жутко бледное, тело неподвижно в пропитанном штормом воздухе вокруг нас. Их одежда промокла насквозь, конечности застыли, на всем неуловимые признаки смерти.
Кровь скапливается на дне лодки, разбавленная морской водой, которую набросало внутрь во время шторма.
— Черт, — бормочу я, желудок сжимается. Ветер завывает вокруг меня, дергая за одежду, будто пытаясь оттащить от этого мрачного зрелища.
Шторм сделал это. Море швыряло их, как тряпичных кукол, било о лодку и оставило вот так, дрейфующих и забытых.
Секунду я просто смотрю, пытаясь сложить воедино, что случилось. Может, их застало слишком далеко от берега, двигатель отказал, когда был нужнее всего. Может, думали, что переждут, и недооценили силу шторма. Может, боролись до последней секунды, сражаясь с волнами, пока не проиграли.
Теперь это не важно. Они мертвы.
И настоящая проблема не просто в том, что они мертвы — их присутствие здесь что-то значит. Никто не подходит так близко к этому острову случайно.
Моя нога задевает что-то, лежащее без крепления в задней части лодки, и когда я опускаю взгляд, у меня перехватывает дыхание.
Мешки — маленькие, плотно упакованные, безошибочно узнаваемые — наполненные тем, что, как я могу предположить, является наркотиками.
Их очень много.
Вид посылает через меня прилив адреналина, мысли лихорадочно перебирают варианты.
Я приседаю, открываю один, чтобы убедиться. Белый порошок сыплется на пальцы.
Это все усложняет. Мой разум лихорадочно работает, взвешивая варианты.
«Ассамблея» использует этот остров для теневых сделок — контрабанда, отмывание денег, закулисные переговоры вдали от чужих глаз. Это место, где все происходит тихо, вдали от материка, вдали от реальных последствий. Но эти двое? Они здесь не к месту.
Не то место, не то время.
Они не из Ассамблеи. Просто какие-то невезучие наркокурьеры, которые, должно быть, сбились с курса во время шторма и оказались вынуждены выйти в море, несмотря на опасность, — по приказу тех, на кого они работают. Но их присутствие здесь все нарушает. Если кто-то придет их искать, а я не сомневаюсь, что придут — учитывая количество наркотиков в этой лодке... Что ж, нам этого только не хватало.
А если за ними следили? Еще хуже.
Тот, кто отправил их в эту передрягу, не оставил бы их просто так на произвол судьбы. Велика вероятность, что на лодке есть GPS-трекер, который их босс может отследить, если они не выйдут на связь. Возможно, он спрятан в консоли и настроен на автоматическую отправку данных о местоположении. А может, это что-то более незаметное — трекер, засунутый в спортивную сумку, спутниковый телефон с активным соединением, подстраховка на случай, если все пойдет наперекосяк.