К тому времени, как я вытаскиваю ее на каменистый пляж, мои руки трясутся, а дыхание вырывается хриплыми всхлипами. Я падаю рядом с ней на секунду, проверяя пульс, дыхание. Она жива — едва — но холод высасывает те крохи сил, что у нее остались.
Она была в воде намного дольше, чем я.
Я собираюсь поднять ее и отнести обратно в коттедж, когда слышу это: голоса. Крики. Хруст ботинок по усыпанному ракушками берегу.
Я поднимаю взгляд и вижу их — двух мужчин, вооруженных, осматривающих берег. Они с лодки. И они здесь не случайно.
— Я так чертовски сильно люблю тебя, — шепчу я Круз, хотя знаю, что она слишком не в себе, чтобы ответить.
Я достаю нож из-за пояса и пригибаюсь, двигаясь к тени скал. Мое сердце колотится не от страха, а от ярости. Они здесь за наркотиками и готовы пойти на все, чтобы их получить.
Я должен был знать, что кто-то придет искать. Такой груз не исчезает бесследно. Эти люди не разведчики и не посыльные — они силовики, посланные убрать концы. И сейчас я — единственный конец, который они могут видеть.
Они не кричат, не пытаются договориться. Они здесь не для разговоров. Для них я просто препятствие, которое нужно устранить. Если я что-то и знаю о людях, занимающихся таким бизнесом, так это то, что они ничего не оставляют на волю случая. Никаких свидетелей. Никаких выживших.
Первый замечает меня, как только я приближаюсь. Его пистолет уже поднимается, палец ложится на курок, но я быстрее, врезаюсь в него и вонзаю нож ему в живот. Он хрипит, его тело дергается, когда я проворачиваю лезвие глубоко, прорезая мышцы и сухожилия. Его пальцы слабо царапают мою руку, пытаясь оттолкнуть, но я не останавливаюсь. Я прижимаю предплечье к его горлу, прижимая назад, пока выдергиваю нож. Он падает вперед, мертвым грузом на меня, и я сталкиваю его, как раз когда второй реагирует.
Гремит выстрел, оглушительный на открытом воздухе. Белая горячая боль пронзает руку, когда пуля разрывает плоть. Сила удара отбрасывает меня на шаг назад, но я не останавливаюсь. Не могу.
Он стреляет снова, но я уже в движении — адреналин заглушает боль. Пуля пролетает мимо, вздымая песок и камни, пока я сокращаю расстояние. Я слышу, как он ругается, пытаясь поправить прицел, но я уже рядом, прежде чем он успевает выстрелить снова. Мой нож взлетает вверх, распарывая ему предплечье. Он кричит, пистолет выскальзывает из его руки, и я не даю ему шанса прийти в себя. Я врезаюсь в него, оттесняя назад. Он спотыкается, и я следую за ним, прижимая лезвие к его горлу.
Его глаза расширяются, рот приоткрывается, будто он собирается умолять. Но для этого слишком поздно.
Я вонзаю нож.
Он издает булькающий звук, руки хватаются за разорванное горло, и он падает на колени. Горячая кровь заливает мои пальцы, впитываясь в песок под ним. Его тело бьется в конвульсиях раз, другой — затем замирает.
Я стою там мгновение, тяжело дыша, пульс ревет в ушах. Запах крови сгущает воздух, смешиваясь с соленым океана. Тела лежат неподвижно у моих ног, их жизни погасли в одно мгновение.
Я едва замечаю боль в руке, кровь, капающую с рукава, пачкающую пальцы.
Я отворачиваюсь и, пошатываясь, иду обратно к Круз.
Она все еще на пляже, дыхание поверхностное, губы бледные.
— Блять, — бормочу я, опускаясь на колени рядом с ней.
Схватка заняла не много времени, но каждая секунда сейчас кажется вечностью. Холод уже забрал у нее слишком много, и я не знаю, как долго она еще продержится.
Одна только мысль о том, чтобы потерять ее сейчас, закручивает меня в нисходящую спираль.
Ненавижу этот гребаный мир; мир, в котором неважно, как далеко я ее утащу, нет даже подобия безопасности, и я был глуп, думая иначе.
Я подхватываю ее, прижимая к груди, и, спотыкаясь, иду обратно к коттеджу. Моя рука протестует болью, но я игнорирую это, мое внимание полностью на ней.
— Ты в порядке, малышка, — бормочу я, скорее себе, чем ей. — Ты будешь в порядке.
Коттедж показывается в поле зрения, и я открываю дверь ногой, неся ее к огню. Я осторожно кладу ее, укутывая каждым одеялом, которое могу найти, прежде чем рухнуть рядом.
Боль в руке теперь ослепляет, но я отодвигаю ее. Все, что имеет значение — она. Я наклоняюсь близко, моя рука касается ее ледяной щеки.
— Круз, — шепчу я, голос срывается. — Останься со мной. Пожалуйста.
6 месяцев назад
Она уже ушла, прежде чем я это осознаю.
Не знаю, когда это случилось. Не знаю, как это случилось.
Просто знаю, что однажды я проснулся, а ее не было.