-- Представление закончено! -- сказал громко спасатель, считая, что косатка больше не появится рядом с судном.
Толпа туристов одобрительно зашумела и захлопала в ладоши.
Силачи театрально откланялись, уверенные в том, что пассажиры благодарят их, а не косатку.
Близнецы уже мысленно готовились к вечернему цирковому шоу на эстраде. А это представление для них было только слабой разминкой.
В этот момент вода за кормой забурлила. Наверное, капитан из своей рубки, сверху, тоже наблюдал за представлением на воде и теперь дал команду включить двигатели и продолжить плавание.
Спасатель посмотрел на часы. Было одиннадцать часов утра.
На палубе появилась мама спасённого ребёнка, уже успокоившаяся, без признаков слёз на лице, и, остановившись в центре толпы, сказала: -- Сын пришёл в сознание, но ещё очень слаб. Врач делает всё возможное, чтобы мальчик как можно быстрее выздоровел. И я ещё раз выражаю благодарность мужчине, который спас моего сына.
Она обвела взглядом толпу туристов на палубе и заметила спасателя, стоявшего у борта. Она подошла к нему и трижды поцеловала в щёки и снова заплакала, но теперь уже от радости.
Мужчина обнял её и сказал: -- Я очень рад, что мальчик выкарабкался из небытия. Но для вас, я думаю, этот случай послужит уроком. Я не собираюсь читать вам нравоучения, но согласитесь, вы проявили редкостное легкомыслие.
-- Да, да. Я, конечно, виновата. Я утратила бдительность, но это, наверное, от того, что я всё время нахожусь в состоянии эйфории от этого сказочного путешествия. Теперь я не отпущу его ни на шаг и буду постоянно держать его за руку.
-- Ну, это уже перестраховка, как говорит пословица -- пуганая ворона куста боится. Не следует бросаться в крайности.
-- Пожалуй, вы правы. Ограничивать до такой степени свободу моему очень подвижному энергичному сынишке действительно не нужно.
-- Я советую вам водить сына на верёвочке, -- мужчина улыбнулся.
Женщина смутилась, а туристы, слушавшие их диалог, засмеялись.
Невысокий лысый мужчина лет пятидесяти в тёмных очках и с биноклем на шее пожал руку спасателю и сказал по-французски: -- Я видел ваш прыжок с палубы. Вы пробыли под водой более четырёх минут, что не под силу ни одному ныряльщику в мире. Как вам удалось это сделать? Тем более что вы уже не молодой человек.
-- Я думаю, что вы иногда теряли меня из виду, когда я выныривал, или ошиблись во времени, глядя на свои часы. Секундомера я не вижу у вас, -- тоже на безупречном французском языке ответил мужчина.
-- Именно секундомером. -- И турист показал свои большие часы на запястье, в которые был встроен секундомер. Для убедительности он нажал на одну из кнопок и пустил секундомер; нажав другую, остановил секундную стрелку.
-- Я ни на секунду не отводил окуляры своего мощного бинокля от глаз и, заметив ваше появление с ребёнком на поверхности воды, остановил секундомер. Могу сказать точно время вашего пребывания под водой -- четыре минуты и сорок пять секунд. -- И господин торжествующе посмотрел на спасателя.
-- Длительное пребывание под водой не было самоцелью, так сложились обстоятельства. Но если вы утверждаете, что подобное реально произошло, то так тому и быть. Значит, мои тренировки не прошли даром и я нахожусь в отличной физической форме, -- улыбнулся мужчина, продолжая смотреть куда-то вдаль, как будто желая увидеть на водной глади океана что-то необычное. Он не менял позу, и только время от времени поправлял свои тёмные очки с широкой и утолщённой роговой оправой.
-- Вы носите тёмные очки, так и не сняв их сегодня ни разу, исключая только время вашего пребывания в воде. Вы страдаете светобоязнью? -- не унимался господин.
-- Значит, вы тайком наблюдаете за мной? Вы чрезмерно любопытны, и это не делает вам чести как джентльмену, если вы считаете себя таковым, -- сказал спасатель раздражённым тоном уже на совершенном английском.
Он вдруг почувствовал усталость и, не желая больше разговаривать с назойливым туристом, направился в свою каюту. Он видел на маленьких прозрачных дисплеях, расположенных рядом со зрачками, как этот господин пристально смотрит ему вслед. В его взгляде была смесь недоверия и подозрительности.
Палуба почти опустела. Начиналось время жары. Не надо забывать, что судно находилось в районе влажных и жарких тропиков. Хорошо работающие кондиционеры в каютах спасали пассажиров от дневной изнуряющей духоты. Некоторые из туристов это время проводили в бассейне, вода в котором постоянно обновлялась. Но большинство людей предпочитало душ, который имелся даже в самой дешёвой каюте. Надо признать, что слово "дёшево" на этом роскошном лайнере было неуместно, оно никогда не упоминалось в разговоре, и произносить его считалось дурным тоном.