– Кто здесь? Баба Люба, это вы?
Я отчётливо понимаю, что если всё же никого нет, то мне пора завязывать с чтением по ночам.
– Знаешь, девочка, на бабу Любу я как-то не смахиваю.
В этот момент у меня из рук выпадает телефон.
Глава 11.
– Чёрт! – ругнулась я, понимая, что моему телефону пришёл конец.
– Маленькие девочки не должны так выражаться. Ещё раз услышу, рот будет намыт с мылом, – раздался грубоватый голос совсем рядом.
– Я уже не маленькая! – огрызнулась я.
Даже бабе Любе, я не открыла свой настоящий возраст. Для всех без исключения у меня имелась одна версия. В доме случился пожар, унёсший жизни моих родителей. Сгорело всё, включая документы.
– За враньё я тоже наказываю. А теперь иди спать и подумай над моими словами.
Конечно, я уже догадалась, что это хозяин. Спорить с ним, я не собиралась. Ругань ни к чему, мне ещё здесь работать. Место очень даже приличное.
– Спокойной ночи, – тихо сказала в темноту и на ощупь пошла обратно, совсем позабыв о телефоне.
Забравшись в постель, понимаю, что спать мне по-прежнему не хочется. Что ж, придётся почитать книжку. Не знаю, сколько я прочла, но проснулась я от громкого стука в дверь.
– Сейчас! – крикнула я и потянулась к тумбочке.
Обычно телефон я клала именно туда, но сейчас его там не было. А потом на меня обрушилось воспоминание о том, как мой телефон от испуга полетел на пол и забрать его, я как раз таки и забыла.
– Чёрт! Ой! – прикрыла я рот рукой, вспомнив также то, что хозяин запретил ругаться.
– Кать! У тебя всё хорошо? Времени уже много, а ты всё не выходишь.
Открываю дверь бабе Любе и протираю глаза ото сна.
– Простите, у меня телефон сломался. Через пятнадцать минут буду готова, – улавливаю какой-то удивлённый взгляд Любовь Марковны, и только после того, как закрываю за ней дверь, до меня доходит.
Она же всегда видела меня наштукатуренной! Я кидаюсь в ванную комнату и смотрю на своё отражение. «Чёрт! Чёрт! Чёрт! Совсем ребёнок! Как я могла так оплошать!»
На кухне я появляюсь уже при полной боевой раскраске. Любовь Марковна кидает на меня ещё один удивлённый взгляд, но молчит.
– С чего нужно начать? – мне почему-то не хочется говорить ей о ночном эпизоде.
– Сегодня ночью вернулся хозяин, так что завтрак я уже отнесла ему, поэтому сейчас ты ешь, а потом отправляешься наверх, убирать комнаты. Хозяйскую спальню приберёшь в первую очередь. Не переживай, он уже уехал в офис, теперь будет только к вечеру.
Про себя, конечно, выдохнула от облегчения. Не готова я была к встрече с хозяином.
Завтракаю блинчиками с творогом.
– Ой, спасибо, так вкусно! Сейчас ещё кофейку и пойду работать.
– Можешь не спешить, его всё равно нет. Главное, успеть всё сделать, до его прихода.
Бездельничать я не привыкла, поэтому всё же, допиваю кофеёк, и отправляюсь наверх. В спальне хозяина я уже была. Обставлена, конечно, со вкусом. Стильная мебель цвета вишни, довольно большая кованая кровать с интересным дизайном. Полог и изголовье украшали витиеватые завитушки из металла. Комод с нижним бельём и большой шкаф, полный разнообразно одежды. Но более всего, мне нравится огромное, в человеческий рост окно. Внутренний двор как на ладони. Солнце встаёт и заливает утренним светом именно хозяйскую спальню. Я всегда мечтала просыпаться от солнышка, чтобы его тёплые лучи падали на лицо, лаская и слегка щекоча его. Улыбаюсь своим мыслям и принимаюсь за уборку.
Время бежит так, что я и не замечаю, как наступает вечер. Заканчиваю гладить постельное бельё, и тут приходит баба Люба и говорит, что хозяин желает видеть меня в своём кабинете.
Глава 12.
Как-то не по себе мне стало. Нет, я не боялась, но с опаской относилась к этому разговору. Нерешительно стучу в дверь и слышу тот же самый, ночной голос:
– Входи.
Я на миг встала, как вкопанная, но потом взяла себя в руки и толкнула дверь. Кабинет был погружен в какой-то полумрак, но это не помешало мне разглядеть хозяина. Я бы ни за что не подумала, что им окажется тот самый мужчина, которого я видела в кабаке у Ахмеда. Но это действительно был он, тот самый, огромный цыган с глазами, темнее ночи. Сейчас в них отображался жёлтый свет от настольной лампы, но я знала, что они чёрные.
– Присаживайся, – он указывает рукой на кресло, что стоит напротив него.
Делаю, как велит и жду, что скажет. Какое-то мгновение он молча разглядывал меня своим чёрными глазищами, а потом произнёс: