Корпоратив был в красивом ресторане с панорамными окнами. Было шумно, весело, играла живая музыка. Коллеги Артёма оказались приятными и ненавязчивыми собеседниками. Но самое главное — они были вдвоём. Они сидели за столиком в уютном уголке, их руки были сплетены под белой скатертью, они смеялись над какими-то своими, только им понятными шутками, и Лена чувствовала себя легко и свободно. Она не проверяла телефон каждые пять минут, не прислушивалась к тишине в квартире. Она знала — дома всё в порядке. Это знание было дороже любого бокала шампанского. Она была просто Леной. Женщиной, вышедшей на свидание с красивым мужчиной, который смотрел на неё так, будто она — центр Вселенной.
Когда заиграла медленная, лиричная композиция, он привстал и протянул ей руку.
— Разрешите?
— Только если пообещаешь не наступать мне на ноги, как в тот раз на свадьбе у твоей сестры.
— Обещаю. Я с тех пор брал уроки. У Алисы есть знакомый хореограф.
Они вышли на небольшую танцплощадку. Он обнял её за талию, она положила руку ему на плечо. Они медленно кружились, почти не двигаясь с места, и Лена прикрыла глаза, прижимаясь щекой к его щеке, вдыхая знакомый, дорогой запах его одеколона.
— Я скучал по тебе, — прошептал он ей на ухо, ведя её в такт музыке.
— По кому? По маме Вани и Тани? — поддразнила она, чувствуя, как его рука прижимает её чуть крепче.
— Нет. По той девушке, что когда-то согласилась пойти со мной на первое свидание. Которая смеялась над моими шутками и краснела, когда я брал её за руку. По тебе, Лена. Просто по тебе.
В такси на обратном пути она прижалась к нему, чувствуя легкое головокружение от шампанского и от его близости.
— Давай поедем не сразу домой, — предложил он, глядя на огни города за окном. — Просто по городу. Посмотрим на огни. Как тогда.
И они ехали, держась за руки, молча, наслаждаясь тем, что они снова просто двое влюбленных в предновогоднем, сияющем городе. Никаких костюмов, никаких утренников. Только они и обещание ночи, которая ждала их впереди.
Секстинг в такси:
Артём (ей на ухо, пока таксист смотрел на дорогу): «Твое платье... я мечтаю снять его с тебя уже три часа. Но не торопясь. Как мы это делали в медовый месяц. Помнишь отель в горах? И то огромное окно?»
Лена (прижимаясь к нему, шепчет в ответ): «Я помню все. Особенно то, как ты развязывал шнуровки на моем теле. Говорил, что это как распаковывать самый лучший подарок в твоей жизни».
Артём: «Ты и есть мой самый лучший подарок. Всегда. И сегодня я снова хочу распаковывать. Медленно. Начиная с этой невероятной молнии на твоем платье...»
День шестой. Суббота. Семейное затишье и стратегическое планирование.
После вчерашнего они позволили себе валяться в постели до десяти утра, и это было не вынужденной необходимостью, а сознательным, сладким решением. Они не спали, а просто лежали в обнимку, его рука лежала у неё на животе, её голова — на его груди. Они разговаривали. О пустяках. О серьёзном. Смеялись.
— Мы должны делать это чаще, — сказала Лена, рисуя круги на его груди. — Просто так. Без повода. Вспоминать, что мы — это мы.
— Просто валяться? — улыбнулся он, целуя её в лоб.
— Нет. Помнить о нас. Находить для нас время. Даже если это всего полчара утром. Это важнее, чем вымытая посуда.
Потом был парк. Морозный, солнечный день. Они катались с ледяной горки, смеясь и крича, как дети. Лепили снежную бабу. Артём неожиданно для всех устроил снежную битву, и Ваня, хохоча, забросал его снежками. Потом они пили в кафе горячий шоколад с зефиром. Щёки у всех были румяные, глаза сияли. И всюду — их взгляды, полные взаимопонимания, легкие, почти незаметные для посторонних прикосновения: он поправлял ей шарф, она смахивала снег с его плеча. Эти мелочи говорили громче любых слов.
Вечером, укладывая детей, они делали это вместе, и Ваня, уже почти засыпая, промямлил:
— Вы сегодня какие-то другие. Веселые.
— Мы просто счастливые, сынок, — ответил Артём, глядя не на Ваню, а на Лену, стоявшую в дверях. — Просто очень счастливые.
Позже, когда дом затих, они наконец обсудили предложение бабушки, сидя на кухне с кружкой чая.
— Ну что, капитан? — спросил Артём, глядя на Лену. — Принимаем вызов? Деревня, сугробы, гусь, две бабушки, вечные споры о воспитании...
— И баня, — мечтательно добавила Лена. — И звёзды, которых в городе не видно. И свежий воздух. И дети, которые сходят с ума от счастья. И мы... одни в нашей старой комнате.
— А мы — от количества родственников на квадратный метр, — усмехнулся Артём, но в его глазах читалось согласие. Он потянулся через стол и взял её руку. — Ладно. Рискнём. Это будет незабываемый Новый год. Потому что мы будем вместе. И мы найдем способ остаться наедине. Я обещаю.