Он взял чашку, сделал маленький глоток и потянул её к себе, обняв за талию свободной рукой. Они стояли так, молча, прижавшись друг к другу, глядя в окно на пустынную в этот ранний час детскую площадку. Его рука была тёплой и тяжёлой на её бедре, сквозь тонкую ткань халата она чувствовала каждую линию его ладони. Он наклонился и прижался губами к её виску, просто подышав несколько секунд. Никакой спешки, никакого подсознательного ожидания, что их в любой момент прервут. Просто тепло и близость.
Переписка днём
Артём (Лене, которая разбирала завалы на балконе, выискивая следы своей «додетской» жизни): «Я только что прошёлся по всей квартире голый. Открыл нараспашку окно в гостиной. Просто потому что могу. Стоял, слушал тишину и чувствовал себя подростком, оставшимся одним дома. Очень неприлично и очень свободно. Кажется, соседка из дома напротив уронила цветок с подоконника. Надеюсь, я не при чём».
Лена: «Мародёр. Прибери за собой на кухне, а то вместо сокровищ на балконе найдёшь свои же крошки от вчерашнего печенья. Но идею с голыми прогулками одобряю. Присоединюсь позже. Если найду что надеть из своего «взрослого» гардероба, который не состоит из растянутых свитеров».
Артём: «Не надо ничего искать. Твой «взрослый» гардероб мне нравится гораздо больше в разбросанном виде на полу нашей спальни. Напомни тебе об этом вечером».
День второй. Вторник. Пир во время чумы
Лена стояла перед открытым холодильником с видом полководца перед решающей битвой. Руки в боки, взгляд решительный и непреклонный.
— Так, — произнесла она, водя пальцем по полкам. — Сегодня мы проводим тотальную зачистку! Всё, что имеет срок годности меньше недели и кричащую упаковку с мультяшками — подлежит немедленной эвакуации! Никакой пощады творожкам с медвежатами!
Они с Артёмом, смеясь, выгребли целую армию «малышкового десанта»: детские йогурты с зайчиками, творожки, соки в ярких коробочках, пюре в крошечных баночках. Освободившееся пространство холодильнику придало пугающе стерильный вид.
— А теперь, — с торжеством объявил Артём, появляясь из магазина с двумя увесистыми сумками, — заселяем новых, взрослых и неполезных жильцов!
С актёрским пафосом, словно шеф-повар из кулинарного шоу, он выкладывал на стол запретные деликатесы: крабовые палочки, плавленые сырки, чипсы, шоколадные вафли и синюю газировку, которую обожала Таня, но которую они редко позволяли себе из-за угрызений совести.
— Наш скромный праздник непослушания! — провозгласила Лена, с наслаждением откусывая плавленый сырок прямо с полки.
Устроили пир на полу в гостиной, расстелив старое одеяло. Играли в потрёпанную настольную игру студенческих времён, пачкали карты жирными пальцами, хохотали до слёз над глупыми шутками. Запивали чипсы той самой синей газировкой, от которой языки и губы становились васильковыми.
— Представляешь лицо нашего педиатра, если бы он нас сейчас увидел? — хмыкнул Артём, заедая вафлю чипсом.
— Он бы выписал нам направление к гастроэнтерологу и психологу одновременно! — рассмеялась Лена, вытирая слёзы. — Срочно!
Вечером у неё разболелся живот. Она лежала на диване, свернувшись калачиком под его халатом с грелкой.
— Ну вот, расплата за чревоугодие, — простонала она.
Артём, качая головой с видом строгого, но доброго врача, приготовил ромашковый чай. Улёгся рядом на полу, положил голову ей на живот, а потом, как в старые времена, когда её тошнило при беременности, положил тёплую ладонь на оголённый участок кожи.
— Ничего, — утешил он, целуя её в коленку. — Зато мы весело провели время. Как в восемнадцать. Только тогда у меня не болела спина от сидения на полу.
Переписка вечером
Лена (из ванной с грелкой): «Мой желудок объявил мне бойкот за чипсы и синюю химию. Но я не жалею. Ни капли. Синие губы того стоили. Они напоминают мне, как мы красили язык дешёвой колой на твоей первой квартире-студии, пока соседи-бабушки не вызвали полицию, решив, что у нас пожар из-за дыма от пригоревшей пиццы».
Артём: «А я вот думаю… Если мы оба будем с синими ртами, можно ли это считать романтическим ужином при свечах? Только свечи — это свет от телевизора, где идёт немое кино. Торжественно клянусь: полицию не вызовем. Если только ты не начнёшь кричать от восторга… от вкуса этой газировки, конечно же».
Лена: «Надейся на лучшее. Но ромашковый чай держи наготове».