– Кредит, который выделил «Якутмаш», насколько я понимаю, до сих пор висит в воздухе. Воробьевы до сих пор его не выплатили.
– То есть фактически этот банк в любой момент может забрать рудник себе? – спросила Юля.
Кащей молча кивнул.
– А больше ничего не удалось узнать про Воробьевых? – спросила Инна. – Например, кем был муж Анны Родионовны, от которой у нее ребенок.
Кащей только фыркнул.
– Бабы! – пренебрежительно сказал он. – Вам бы все сплетни собирать.
– Ну, пожалуйста, – заныла Инна, и Кащей сдался.
– Мужей у этой дамы было три, – сказал он. – Первый был арестован за саботаж и осужден судом сроком на десять лет с отбыванием наказания в колонии строгого режима. При попытке бегства он был пойман, и срок ему удвоили. После этого следы его теряются. Наверное, либо погиб, либо сменил имя. С первым мужем Анна Родионовна развелась в том же году, когда его осудили. Второй муж работал инженером в «Якут-Алмазе». Кстати, это от него у Анны Родионовны и родился сын Виталий. Так вот, Воробьев работал инженером, пока в восемьдесят первом году не скончался от диабета в больнице в Якутске. Третий муж у Анны Родионовны продержался и вовсе недолго. Уже в восемьдесят шестом году Анна Родионовна снова стала вдовой. Больше она замуж не выходила.
– Итак, что мы имеем, – начала перечислять Инна. – Анна Родионовна каким-то образом решается на отчаянный шаг и покупает кусок земли, который все другие геологи признают негодным. Кстати, как бы нам все-таки поточней узнать, кто именно был в той экспедиции, которая признала этот участок негодным?
– Эта информация, я думаю, должна храниться в архивах «Якут-Алмаза», а нынче «АЛРОСЫ», – сказал Кащей. – Но сомневаюсь, чтобы они согласились предоставить эти данные посторонним людям.
– А компьютер ничем не может помочь?
– Мы же не в Америке, – пожал плечами Кащей. – Тут еще не скоро все архивные данные будут введены в компьютеры. Могу сказать только одно, участок был осмотрен и признан негодным для промышленного использования в пятьдесят четвертом году. Эти данные имеются в уставе компании Анны Родионовны.
– Сама Анна Родионовна родилась в тридцать шестом году, – сказала Инна. – И значит, в пятьдесят четвертом году ей было только восемнадцать лет. Как думаете, могла она быть в составе той экспедиции, которая обследовала этот участок?
– Вы думаете, Анна Родионовна уже тогда поняла, что участок перспективный, но никому об этом не сказала?
Мужчины переглянулись. На этот раз даже всезнающий Кащей не знал, что ответить.
– В принципе она могла быть в составе той экспедиции, – нерешительно пожал плечами Бритый. – Но ведь не она одна. Была еще куча опытных геологов, которых студентка-практикантка вряд ли способна была одурачить. Так что эта мысль отпадает.
– Да, – кивнула Инна. – Это точно. Но постойте-ка! У меня мелькнула мысль. Название месторождения, которое разрабатывает сейчас семья Воробьевых! Оно вам ничего не напоминает?
– «Сияние Якутии»? – спросил Кащей. – Нет. А что оно должно нам напомнить?
– Ну как же! – возмутилась Юля. – Так ведь назывался тот алмаз, который подарил Анне Родионовне ее первый муж. То есть, по легенде, подарил. Сама Анна Родионовна никогда не признавалась, что этот алмаз существует и что он находится у нее.
– Что за алмаз? – заинтересовался Кащей. – Это тот самый фиолетовый алмаз, о котором вы рассказывали? Так это его назвали «Сиянием Якутии»?
– Ну да, – подтвердили подруги.
– Очень интересно, – задумался Кащей. – Насколько я знаю, фиолетовые алмазы еще нигде не находили.
– А разве алмазы не должны быть бесцветными? – наивно спросил Крученый.
Подруги презрительно посмотрели на него. И этот человек еще собирался их спасать. Сначала бы про алмазы разузнал хоть немного.
– Нет, – ответила ему Инна. – Алмазы могут быть окрашены в самые разные оттенки. Например, среди якутских алмазов много таких, у которых внешний слой имеет зеленоватый оттенок. Это как-то связано с подземной радиацией, которая воздействует на кристаллы. А бывают алмазы серые, черные и желтоватые. Эти не особенно ценятся, потому что среди них редко встречаются камни чистой воды. Но вот камни светло-сиреневые, розовые или даже кроваво-рубиновые, если они чистой воды, ценятся дороже бесцветных. А фиолетовый камень, если опять же он чистой воды, уже сам по себе уникален.
– Но никто его еще не видел? – уточнил Бритый.
– Дыма без огня не бывает, – возразила Инна. – Если есть легенда, значит, когда-то существовал или даже существует и сам камень.
– Ну хорошо, – покорно кивнул Бритый. – Пусть он где-то существует. Не будем пока о нем думать. Подумаем лучше о том, что мы точно знаем. Анна Родионовна на неизвестно откуда взявшиеся у нее деньги покупает участок земли, тут же начинает в нем копаться и находит несколько алмазов. После этого она быстренько организует собственную маленькую компанию, закупает оборудование и технику, опять же на неизвестно под что взятые деньги, и начинает активно бурить и копать землю, разыскивая в ней алмазы.
– И, как известно, ей это неплохо удается, – добавил Кащей. – Потому что дела у семьи Воробьевых с каждым годом идут все лучше и лучше. А предприятие их расширяется.
– И так было почти десять лет, до тех пор, пока мы с Инной не приехали в Мирный, – сказала Юлька. – Все у них шло хорошо. А после нашего приезда старуху сразу же убивают.
– Интересно, а откуда возвращался Виталий Олегович, когда мы познакомились с ним в самолете? – внезапно спросила Юлька.
Но поговорить на эту тему они не успели. Раздался звонок сотового Кащея.
– Да, да, обязательно посмотри, кто будет его встречать! – закричал он в трубку.
Поговорив еще несколько минут, Кащей повернулся к компании.
– Могу вас поздравить, – сказал он. – Старик оставил всю свою личную охрану в Якутске и летит сейчас в Мирный.
– Как, один? – удивился Бритый.
Но его снова перебил звонок сотового.
– Как нет мест? – взвыл Кащей. – Не поверю, чтобы в самолете не было мест!
После этого Кащей бросил трубку и снова заметался.
– Давайте живей! – кричал он. – До Мирного отсюда часа два езды. Нам во что бы то ни стало нужно увидеть, кто будет встречать Старика. А мои парни не догадались заранее забронировать места на все рейсы. И теперь им не сесть на самолет Старика.
Крученый кинулся заводить джип и выгонять его из гаража, а Кащей принялся названивать по телефону. Он сделал несколько звонков, из которых подруги поняли, что он просит каких-то людей подстраховать его и встретить Старика, когда тот будет сходить с самолета.
– Я и сам туда приеду, но боюсь не успеть! – кричал Кащей в трубку. – Ты уж не откажи в просьбе.
Наконец Кащей кончил разговаривать и помчался к машине.
– А вы что тут делаете? – закричал он, увидев Инну с Юлькой, уютно пристроившихся на заднем сиденье. – Вы что, рехнулись? Вы же в бегах!
После этих обидных слов подруг довольно невежливо выпихнули из машины.
– Сидите в доме и носа не вздумайте за ограду высунуть! – велел им на прощание Кащей. – Тут кругом лес и дикие звери. Их мои парни свежатиной время от времени прикармливают. Так что зверье местное к человечине привыкло, можно сказать, полюбило ее как деликатес. И вас, девочки, зверье местное воспримет не иначе как очередное угощение.
После этого машина тронулась с места. А подруги остались стоять посредине двора, глядя, как исчезает за деревьями джип. После того, как машина уехала, а железные ворота лязгнули и захлопнулись, подруги повернулись друг к другу.
– Похоже, что на этот раз убежать нам не удастся, – сказала Инна.
– Что он там про человечину говорил? – дрожащим голосом спросила Юля.
– Пугал, наверное, – предположила Инна.
Но на всякий случай подруги вернулись в дом. Тут им казалось как-то спокойней.
– Посмотрите телевизор, – предложил подругам один из охранников, оставшихся в доме. – У нас есть все каналы. Спутниковое телевидение, если хотите, тоже есть. А можете с нами в войнушку на пеньке поиграть. Или с монстрами побиться.