– И она поступила именно так, – кивнула Юля. – Никто с тех пор этого алмаза не видел.
– Странно, никто из задержанных не упоминал про этот алмаз, – сказал Кнутов. – И в вещах, которые Варвара захватила с собой из дома, его обнаружить не удалось. А там было много драгоценностей, были деньги и ценные вещи. Но фиолетового камня мы не нашли.
– Виталий, когда уже сбросил свою личину, тоже сказал мне, что не представляет, куда мать могла запрятать этот камень, – сказал Старик. – Так что, по всей видимости, нам его уже никогда не найти. И честно говоря, я этому только рад. Вся эта история с рудником, который носил то же имя, что и проклятый алмаз, свидетельствует о том, что камень и в самом деле проклят.
– А кто теперь будет хозяином алмазного прииска? – спросила Инна.
– Хозяин я, – пожал плечами Старик. – Но я уже принял твердое решение – продать рудник. Для меня с ним связано слишком много тяжелых воспоминаний. Думаю, что «АЛРОСА» с удовольствием купит его у меня.
– Конечно, он для компании словно бельмо на глазу, – заключила Юля.
– Но еще одно, – сказала Инна, обращаясь к Старику. – Если у вас не было связи с Мирным, то как вы сообщили о своем приезде Виталию? Он ведь встречал вас в Мирном?
– Я выбрал самый простой способ. Послал телеграмму, – пожал плечами Старик.
– Это-то ясно. А почему она так напугала Виталия и его жену? – спросила Инна. – Мы видели, когда они ее получили, то были очень напуганы.
– Должно быть, они не ждали его так скоро, – сказал Бритый.
– Да, – кивнул Старик. – Я обещал приехать, но мы не оговаривали сроки.
– Конечно, они испугались! – фыркнула Юлька. – Все сразу на них свалилось. Они увезли нас с Инной, чтобы утопить на реке, но не получилось. А тут еще и убийство Анны Родионовны, и наше присутствие в доме. Поэтому они и поселили вас, Арсений, в другом месте.
– Представляю, как они нервничали. Вы приезжаете, а у них еще ничего не готово и следы не заметены, – добавила Юлька.
– А я никак не могу избавиться от ощущения, что прожила неделю из семи пятниц, – вздохнула Инна.
– А можно вас спросить? – обратился к Старику Бритый. – Я видел вас в аэропорту в Питере. И там вы заставили одного из своих парней уступить свой билет какому-то толстому старичку. Зачем вы это сделали?
– Молодой человек, не забывайте, я долгое время прожил в этих местах, – поднял голову Старик. – И тот забавный толстячок мой хороший знакомый. Я узнал его, понял, что он попал в затруднительное положение, и просто оказал ему небольшую услугу в память о нашем общем прошлом.
В этот вечер они говорили допоздна. А когда Кнутов с Андреем ушли, Бритый с Крученым отправились пропустить по кружке пива, чтобы успокоить, как они выразились, нервы. А подруги остались дома. Под присмотром, как думали Бритый с Крученым, Льва Карпыча и его супруги. Но те сразу же удалились в свою спальню, откуда понеслись стоны и скрип пружин.
Юля обратила внимание, что ее подруга весь вечер была не в меру задумчива. И сейчас, когда они остались одни, попыталась выведать причину такого ее состояния.
– Понимаешь, я все думаю, а почему Лида не могла купить своей матери билет до Магадана на самолет, – сказала Инна. – Ну если Лиде так уж приспичило тащить с собой свою мать, то зачем эта возня с попутной машиной? Сама Лида ведь полетела самолетом. Так что про заметание следов тут можно забыть. Если бы менты начали проверять списки пассажиров, то они бы искали в первую очередь саму Лиду, а не ее мать.
– Да, странно, – согласилась Юля. – Может быть, Лида хотела таким образом сэкономить?
Инна промолчала.
– А может быть... – начала Юля и пораженно уставилась на Инну.
Инна ответила ей таким же взглядом. Одна и та же мысль осенила подруг разом.
– Таможня!! – воскликнули обе разом.
– Мать Лиды должна была провезти в своем чемодане что-то такое, что Лида опасалась обнаружить на таможне аэропорта в Якутске! – закричала Инна.
– Но как же они в таком случае прошли досмотр в Мирном? – недоуменно спросила Юля.
– Господи, да у них же в Мирном все друг с другом знакомы. Я больше чем уверена, что Лиду и ее мать никто и не досматривал! – ответила Инна.
– Но что такого могла Лида всучить своей матери? – спросила Юля.
– Пока не знаю, – ответила Инна. – Но нам стоит поспешить с решением этой загадки.
– Бегом к дворничихе! – засуетилась Юлька. – Пока другие не додумались до этой же мысли.
И подруги выскочили из дома Льва Карпыча и помчались в направлении дома матери Лиды.
– Постой, неудобно как-то с пустыми руками к человеку являться! – остановила подругу Юлька, когда до дома Марии Николаевны оставалось всего ничего.
– Да, ты права! – согласилась Инна. – Действительно, неудобно. Особенно если мы хотим от этого человека чего-то добиться.
Поэтому подруги начали поспешно оглядываться по сторонам. Их внимание привлек к себе магазинчик. Разумеется, по причине позднего времени он был уже закрыт, но внутри что-то светилось. Подруги рванули туда и начали изо всех сил стучать в дверь, требуя, чтобы им отпустили бутылку вина. Хотя бы и самого дешевого. К их удивлению, дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы пролезла человеческая рука. И из этой щели показалась рука с бутылкой портвейна. Подруги схватили бутылку, и рука исчезла.
– А деньги? – растерянно сказала Юля. – Возьмите деньги!
Но деньги у них не взяли.
– Хоть цену скажите! – потребовала Инна. – Мы оставим деньги на пороге.
Но и цену им тоже не сказали.
Тогда подруги положили несколько бумажек под камень возле порога и ушли. Когда они начали стучать в дверь квартиры Марии Николаевны, время было уже позднее, поэтому дворничиха дверь подругам открыла не сразу.
– Опять вы! – зевая во весь рот и распространяя вокруг себя сильный запах выпитого, сказала она с досадой. – Чего вам на этот раз?
– Вам привет от дочери, – сказала Инна.
– Ну да, – не поверила дворничиха, но, углядев под мышкой у Инны бутылку вина, подобрела и сказала: – Нашли, выходит, Лидку?
– Нашли! – кивнула Юля. – Передали ей, что вы остались дома. И вернулись обратно.
Дворничиху как-то не очень смутили курьерские скорости двух, в сущности, незнакомых ей девушек.
– Лидка не очень ругалась? – осведомилась у подруг дворничиха.
– Нет, при нас совсем не ругалась! – сказала Инна почти чистую правду и протянула Марии Николаевне бутылку нелегко добытого вина.
Бутылку дворничиха взяла, но подруг в квартиру не пригласила.
– Молодцы, что нашли Лидку, – сказала дворничиха и попыталась закрыть дверь перед носом подруг.
Было видно, что ей не терпится остаться наедине с портвейном.
– Но Лида просила кое о чем, – остановила ее Инна.
– О чем это? – подозрительно спросила дворничиха. – Если снова куда-то лететь или ехать, то я сразу отказываюсь. Так ей и передайте!
– Именно об этом Лида и просила, – потупившись, сказали подруги. – Лида все еще в Магадане и просит, чтобы вы привезли ей туда одну вещь.
– Не поеду! – вознегодовала дворничиха. – Ни за что на свете. У меня еще после той поездки ревматизм в норму не пришел. А она меня снова куда-то тянет! Нет, ну и доченька у меня уродилась. Совсем безголовая.
– Но Лиде очень нужна та вещь, – сказала Юля.
– Да что за вещь-то?
Этот вопрос поставил подруг в тупик. Пока они собирались с мыслями, Марье Николаевне надоело ждать.
– Ну и пусть Лидка сама за этой вещью приезжает! – воскликнула дворничиха. – Так ей и передайте. А мне недосуг.
И на этот раз она окончательно захлопнула дверь, оставив подруг на свежем воздухе.
– И что делать будем? – спросила Инна.
– Подождем, – ответила Юля. – Она скоро совсем напьется и уснет.
– А нам что за интерес, если она напьется?
Юля не ответила. Инна тоже больше не стала спрашивать. Подруги устроились возле кустиков, которыми был обсажен дворик, и принялись ждать. Ждали они долго, наверное, даже слишком долго.