- Я с ним сам переговорю, для начала. Выслушаю человека. Может он и не захочет уже ничего. Потом расскажу тебе, что да как. – смешливо сказал он.
Если внешне можно было подумать, что он просто веселиться, то это только внешнее веселье. Алексеев страшный человек и не любит когда кто-то трогает его, как и я в принципе.
- Ну, ладно ребятишки. Мне тут с вами сидеть некогда. Дела. Завтра поговорим Руслан. Все. – не успел я и рта открыть, как он поднялся и, помахав рукой, вышел.
-Фууу – выдал Помойников и, достав платок, вытер пот со лба. – У меня мурашки по телу от него.
- Не думал, что он тебя так заводит, - подколол я своего юриста.
- Да иди ты. Ты видел, как он глянул на меня. Я его боюсь, - нервно пробурчал он.
- Не бойся, принцесса. Я тебя спасу, - я уже не мог остановиться и расхохотался. Алексеев, конечно, вызывает благоговейный страх у людей, но Помойников явно перегибал.
- Хватит ржать, придурок. Он меня ненавидит. – не унимался друг.
- Эй, ты как с начальством разговариваешь? – укорил я его. – Забей, все нормально. Он просто юристов на дух не переносит. При разводе с первой женой, они ему нервы потрепали.
- И как мне к нему в гости идти. Вдруг, он отыграется на мне, за тех…
- На тех он уже… - показал я пальцем в потолок и присвистнул для убедительности. Помойников скривился, а я опять заржал. Правда, быстро успокоился. Нужно было дать задание моему юристу.
- Федь, мне нужна информация на некого художника Александра Живаго. Сможешь достать? – серьезно спросил я.
- Если ты пообещаешь не подпускать ко мне Алексеева на вечере, - ответил он.
- Обещаю, - приложил я правую руку к сердцу, - Буду стеречь тебя как зеницу ока…
Светлана
- Свет, можно войти? – спросила мой личный мастер по маникюру. Я как раз была завалина отчетами и сметами, что меня очень обрадовало то, что меня отвлекли.
- Да, Катюш, заходи, - немного устало проговорила я. Катя прошла ко мне в кабинет и села напротив.
- Свет, я хотела спросить. – твердо начала она. Я уставилась на нее с немым вопросом на лице. – Ты когда последний раз делала маникюр, и педикюр, и стригла секущиеся кончики, депиляцию опять же?
- Это наезд? – бодро спросила я, убирая от ее взгляда свои руки под стол.
- Да! Это наезд. Бросай все, и мы с тобой идем делать все по списку, который я озвучила. Ты хозяйка салона красоты, а у тебя бог знает что с ногтями и волосами. – возмущалась она.
Вообще-то, только ей я позволяла со мной так разговаривать и то наедине, так как она меня просто очаровала своей прямотой. Катя – это человек, который скажет тебе правду в лицо и не поморщится.
- Нууу… - протянула я, но меня уже перебили.
- Я видела недавно, как тебя увозит красавчик на крутой тачке, который тебя явно трахает, - сказала, как отрезала, а я открыла рот, от такой прямоты, - И вот у меня вопрос? Он что не замечает твоих облезлых ногтей и беспорядка на голове?
Я, не сдержавшись, прыснула, а Катя нет. Вот ведь серьезно, он что не замечает? В голове возникла картинка, как Руслан ругает меня за облезлые ногти и возмущается по поводу моих волос. Смешно ей богу.
- Кать…прекрати…я сейчас умру от смеха…
- А мне вот не смешно. Это сначала, ты для мужика самая красивая, а потом оказывается, что есть и покрасивей. Нужно выглядеть на все сто, если рядом с тобой такой мачо-мэн. – умно заключила она.
Я задумалась. Конечно, любовь не купишь за деньги и за красоту, но следить за собой все же нужно. Поэтому я успокоилась и согласилась на все манипуляции над собой.
Катюха за три часа умудрилась мне сделать маникюр и педикюр. Лена – мастер по депиляции, ободрала меня как курицу, а в интимном месте сделала сердечко, на что я не подписывалась, но когда увидела довольное лицо Кати, поняла, что это ее рук дело. Девчонки уговаривали меня опять нарастить волосы, но я наотрез отказывалась. В ход пошли угрозы. Мол, это старику моему бывшему и ныне упокоившемуся нормально было с моими тремя волосинками, а с таким как Руслан у меня должна была быть копна длинных волос, иначе он от меня сбежит. Сошлись на середине. Нарастим, но только для придания формы, чтобы не казались паклями. И еще Егор – парикмахер-стилист, уговорил меня покраситься в холодный блонд, так как мой тусклый светло-пепельный цвет похож на мышиный. К семи часам вечера из зеркала на меня смотрела роковая красавица. Я и раньше знала, что симпатичная, к тому же, я всегда могла понравиться мужчине и без всего этого преображения. Не знаю, откуда это во мне, но я много раз замечала, как мужчины залипали при виде меня, и мне оставалось только улыбнуться, как кавалер падал передо мной ниц. Это и благословение и мое проклятье, как оказалось. В общем, к семи часам вечера я измоталась вдрызг, но была довольна результатом. Даже тряслась немножко, вдруг Руслану не понравится.