- Света, доброе утро, - прерывая мои раздумья, говорит Лариса. Оказывается пара, с которой я познакомилась на вечере работают в этой больнице, а Лариса здесь терапевт.
- Привет, - приветствую ее. Она проходит внутрь и нерешительно смотрит на меня.
- Лар, что-то случилось? – спрашиваю ее.
- Нет! – спешит она меня успокоить. – Свет, могу ли я с тобой поговорить? О Руслане?
- О чем здесь можно говорить? – нахохливаюсь я, готовясь к атаке. Он и ее уже подключил. – Он и тебя тоже просил со мной поговорить? Никак не угомониться… - злюсь я.
- Нет, это мой муж попросил… - замолкает она на мгновение. – У нас нет секретов друг от друга, и я знаю твою историю, прости. Он бы не рассказал мне. Просто, Рус совсем в отчаянье, а они друзья и он за него переживает.
- Скажи мужу, что поговорила со мной, и дело с концом. – раздраженно кидаю я.
- Хорошо. Позволь мне тогда рассказать тебе мою историю. В этом же ты мне не можешь отказать. – говорит она и присаживается на край кровати. Я глубоко вздыхаю, но все-таки, согласно киваю.
- В тринадцать лет я держала умирающую мать за руку, сидя в скорой помощи. Она умерла, ее не смогли спасти. Но это не страшно, так бывает, скажешь ты. И я бы с тобой согласилась, если бы не одно но. Дело в том, что она умерла от руки моего отца. – она прерывается, чтобы сглотнуть, а я выпучив глаза смотрю на нее. – Мои родители жили очень плохо. Мой отец гулял от нее, а она как безумная все время его возвращала. Я жила в постоянных скандалах. Спокойные дни можно по пальцем пересчитать. Он бил ее, унижал. Да и мне доставалось. С каждым годом становилось только хуже. Если раньше он удовлетворялся парой ударов по лицу матери и битьем меня ремнем по мягкому месту, то с годами становилось только хуже. Однажды, он напился до такого состояния, что словил белочку и увидел во мне дьявольскую сущность, ну типа черта или демона. Он бил меня табуреткой по голове, мне было тринадцать тогда. Так вот…моя мать прибежала на мой крик и оттолкнула его…Мы пытались убежать, но не смогли. Он догнал нас у входной двери и принялся бить уже нас обоих. Мама закрывала меня от его побоев, как могла. Помню было много крови. Было страшно. Очень страшно. Я уже думала, что это конец, как все прекратилось. На наш крик прибежал сосед и вырубил его. Отца посадили, потом. Я получила сотрясение и множественные ушибы, а мама…Она умерла в больнице. – она опять прерывается и встает. Подходит к окну и несколько мгновений, просто смотрит куда-то вдаль. Я молчу, боюсь что-либо говорить. – Потом был детдом. – вдруг говорит она и переводит свой взгляд на меня. – Ты думаешь, наверное, зачем я тебе все это рассказываю…сейчас объясню. – торопливо произносит она.
- Свет, меня никто не насиловал и не истязал, но я знаю, что значит испытывать страх. Страх того, что ты не достоин любви. Страх, что в твоей жизни ничего не может быть хорошего. Ты думаешь, если ты прогонишь его, тебе легче будет? Или ему? Нет… если ты прогонишь его – ты не сможешь жить. Твоя жизнь превратиться в существование, поверь – я знаю, о чем говорю. Ты, сейчас, можешь сказать, что тебе плевать на свою жизнь, главное чтобы ему было лучше. Чтобы он нашел себе приличную женщину, а не такую ущербную как ты. Поверь, ты не сможешь радоваться за его счастье, наблюдая издалека. Это я тоже проходила. Ты каждый день будешь подыхать. – я закрыла глаза и из моих глаз потекли слезы. Я почувствовала, что Лара подошла ко мне и взяла за руку. – Свет, он не будет счастлив без тебя. Я знаю…Ты даже не представляешь, что было с Киром, когда я прогнала его. Мало того, что три года нашей разлуки, я жила словно в аду, так еще и его жизнь умудрилась превратить в ад. Сейчас мы вместе, и каждый день я благодарю бога за то, что он вернул его мне. Ты думаешь, мне не страшно сейчас? Нет. Я боюсь, как и раньше. Каждый долбанный день – я испытываю страх и практически, каждый день, я благодарю своего мужа за то, что он со мной. Представляешь? Как это выглядит? Кир бесится все время. Потом выдыхает и еще несколько часов тратит на то, чтобы убедить меня, что это я для него подарок судьбы. А ведь у нас уже ребенок. – она замолкает и смотрит на меня.
- Я не могу иметь детей. После того, что со мной произошло, я не смогу родить…никогда. А Руслан…он достоин большего. Он достоин иметь детей… - я прерываюсь, не зная, что еще сказать.