И я ненавидела себя за это.
Глава 7
И он пришел уже после обеда. Он меня даже не заметил, разговаривал с кем-то по телефону. Только коротко кивнул, здороваясь. Но мне кажется, это был скорее привычный жест. И я для него так и осталась невидимкой.
А я… я теперь чувствовала его присутствие. Мне кажется даже воздух в офисе стал особенный и обжигал легкие. Ведь этим воздухом дышал он. Разговоры… люди… флер его туалетной воды ощущался куда бы я не пошла. И я никуда не могла спрятаться, чтобы не думать, что где-то совсем рядом — он.
Если бы не работа, которая помогала занять себя, я, бы наверное, сошла с ума. А так… я работала. Носилась по офису, собирая письма, сформировала пакеты для отправки, проверила наличие канцтоваров, провела ревизию на кухне… Я ни на секунду не останавливалась. Мне было нельзя. Стоило только на мгновение прекратить что-то делать, как просыпалась моя черная дыра и принималась пожирать все вокруг, оставляя только панику и страх. Меня начинало тошнить, а коленки подгибались от ужаса. От непонимания что делать и как дальше жить.
День, как и ночь, оказался невероятно длинным. Он так и не выходил из кабинета, но я слышала, как несколько раз хлопала дверь в его кабинет. Кто-то был у него. И я ревновала. Каждого, кто заходил в этот чертов кабинет. Безумно. До темноты в глазах. Я! Я хотела быть на месте и секретаря Иришки, и Виктории Семеновне, которая провела в кабинете никак не меньше двух часов. И я даже не хочу думать, чем они там занимались. Ведь довольный вид этой наглой и бесстыжей женщины оставлял так мало места для фантазии.
Как я ждала вечер… чтобы снова, как вчера, все ушли, и остались только он и я… мое глупое сердце замирало от счастья быть нужной ему. Даже на чертовы десять минут! Да что же это такое?! Я умирала от отвращения к себе, ко всей ситуации. Но знала. Стоит ему поманить меня пальчиком и я прибегу. Как собачонка.
И я даже ждала, когда он позовет меня. Внизу живота появлялась истома, а к горлу подкатывала тошнота, стоило мне представить, как он выходит из кабинета и машет мне рукой, подзывая к себе, чтобы… снова…
Но он ушел минут за пятнадцать до конца рабочего дня. Как будто бы погасло солнце. Я не нужна ему… Он снова меня не заметил. Он снова разговаривал по телефону со знакомой по вчерашнему дню наглой и пошловатой улыбочкой. И это явно был не деловой разговор.
— Даш, если хочешь, я подожду тебя, а потом вместе пойдем домой, — возле меня остановилась Марина из бухгалтерии, — представляешь, мы живем совсем рядом. Ну… я сегодня твои данные вбивала… узнала где ты живешь…
Мне никто не был нужен, и я уже собиралась отказаться, как возле нас остановилась тощая, высокая, но сутулая, и некрасиво одетая женщина лет тридцати:
— Ой, девочки, — прошептала она быстро-быстро, — а можно я с вами, а то мне страшно одной… уже темно.
— Свет, — нахмурилась Марина, она явно не обрадовалась еще одной попутчице, — мы с Дашей хотели в кофейне посидеть. Мы не домой.
— И я с вами, — неприятно улыбнулась местная сплетница, — сто лет в кафе не была. Поболтаем…
Марина вздохнула. Жалобно посмотрела на меня, и кивнула. И они обе остались стоять у моего стола, дожидаясь, когда я закончу работать. И я не отказалась от их компании. Только не сейчас, когда появился рот, способный рассказать мне о нем.
А ради этого… я готова потерпеть их присутствие. Недолго. Или долго. Пока не узнаю все.
Кофейня оказалась за углом. Небольшое на пяток столов, уютное… Если бы я зашла сюда в прошлой жизни, которая закончилась вчера, была бы в восторге.
Любила я раньше такие места. Бодрящий запах свежемолотого кофе, теплый сливочный вкус молока, сладкая карамель, терпкий аромат кардамона, корицы, гвоздики, ванили… Я бы растворялась в тихой музыке и негромких разговорах посетителей, дышала спокойствием и тихим счастьем, наслаждалась вкусом молочной пенки капучино.
Но сейчас мне ничего из этого не было интересно. Ничего не нужно. Я заказала американо, но так и не сделала ни глотка. Не хотелось.
— Как хорошо-то, — протянула Марина, сунув нос в свою кружку, — сто лет никуда не выбиралась. Все только работа-дом, дом-работа.
— Я тоже, — шелестела в ответ Светлана. Она была мне неприятна, но сейчас я скорее избавилась бы от Марины. Ведь я хорошо помнила, что Светлана сплетница, значит именно она может сейчас порадовать меня. Рассказать о нем.
— Мне тоже здесь нравится, — соврала я, — и работа тоже очень нравится. Я давно мечтала работать в такой компании. И только ради этого приехала в город.