— Вика, — набрал я бывшую снова, — скажи, почему ты пошла на это?
— На что? — Вика устало вздохнула, — Дима, ты хоть на часы смотрел?
— Не смотрел. Но я прошу тебя, скажи… если у тебя или твоей дочери то-то случилось, я помогу…
— Да ничего у нас не случилось! Что за идиотские вопросы?! Денег я хотела! Денег! И хочу. Так что, если желаешь помочь, то милости просим, — мурлыкнула она в трубку, — что уже расстался со свои одуванчиком? Я так и знала… такие клуши не для тебя, Димочка…
— Заткнись, — привычно осадил бабу. Мозг пух. Я категорически не понимал ничего. Где правда, где ложь. Где я был прав, и где я ошибся.
Какие они? Женщины?
Глава 11
Вчера я допился до того, что заснул прямо на работе. И разбудила меня уже утром секретарша. Иришка.
— Дмитрий Борисович?! — она стояла в дверях моего кабинета и большими круглыми от шока глазами смотрела на бедлам, учиненный мной за бессонную ночь. Задремал я только под утро, когда за окном зашумели автомобили.
А посмотреть было на что. Кругом валялись пустые бутылки, я полностью опустошил бар, выпив не только виски, но даже Бейлис. И шампанское. Поэтому у меня так болела голова. Просто раскалывалась.
А еще я курил… черт… откуда у меня в кабинете взялись сигареты? А, точно… я стащил их у Игоря…
— Дмитрий Борисович, — Иришка справилась с удивлением, — вам вызвать такси?
Я кивнул и чуть не свалился со стула, все вокруг закружилось и меня затошнило. Черт…
Иришка осторожно подошла ко мне и погладила по голове, словно жалея.
— Вам бы похмелиться. Намешали вы, теперь плохо будет очень. Ой! Я знаю, где есть заначка. Сейчас!
Она исчезла, и через минуту прибежала с початой бутылкой водки.
— Вот! У Андрея нашла.
Мне было так плохо, что я даже не поднял головы. Такого похмелья я уже и не помню.
— Дмитрий Борисович, выпейте, — в мою руку ткнулся стакан.
Дешевая водка обожгла горло, я закашлялся и чуть не сдох от пульсирующей в висках боли. Но почти сразу боль начала отступать… доза подействовала.
— Такси приехало. Сказать Андрею, чтобы помог вам спуститься?
— Нет, — прошептал я, стараясь не двигать головой, — я сам.
Я встал, слегка покачиваясь, дошел до двери. Иришка суетилась рядом, готовая в любую секунду подставить плечо. Хотя, если бы я упал, то вряд ли бы она смогла удержать меня. Но, главное, она была готова. Когнитивный диссонанс…
— Что? — встрепенулась Иришка, — что вы сказали, Дмитрий Борисович?
— Я говорю, какие вы, женщины? Хорошие или стервы… какие?
— Дмитрий Борисович, — Иришка подала плечами и слегка улыбнулась, — так разные…
РАЗНЫЕ!
Твою мать! Разные!
Я хохотал всю дорогу.
Проспал я весь день. А кода проснулся и выхлебал поллитровую кружку воды, заботливо оставленный моей домработницей на прикроватной тумбочке… черт… черт… а ведь и раньше так было. А я воспринимал все так, словно эта кружка появлялась на тумбочке сама собой. А ведь кроме Марины больше некому. Это она каждый раз оставляла мне воду… А ведь я ей за это не платил. Просто она была хорошим человеком.
Голова еще болела, но мне кажется, больше от мыслей, чем от алкоголя. У меня фактически вся жизнь перевернулась этой ночью… И самое главное, я понял что идиот…
Даша… я обвинял ее в том, что она промолчала. Но если подумать, разве я дал ей шанс сказать? Да я просто хотел трахнуть ее при первой встрече. Как обычно. Просто трахнуть и все. Мне плевать было на то, кто она.
И если бы после того, что случилось она сказала мне: «Привет, дядя Дима»… я бы, наверное, умер прямо там же. Ведь Даша… моя маленькая Груша… она всегда была единственным человеком на земле, которого я любил по-настоящему. Которой я готов был отдавать, не требуя ничего взамен. Да, тогда я любил ее как дочь. Сейчас полюбил как женщину… но есть в этом что-то символичное, что именно она оба раза добилась моей любви. Настоящей, не такой, какая у меня была к другим. Я ведь не дарил ей дорогие подарки… у меня даже в мыслях не появилось, что ей нужны бриллианты и золото. Да, я одевал ее, кормил, водил по ресторанам, но все было не так как раньше. Одевал я ее не в шикарные вечерние платья и кружевное белье, а в обычные кофточки, джинсы, юбочки. Потому что ей так нравилось.
В ресторане мы просто ужинали или обедали… не больше. Не пили, не гуляли допоздна… нет, наоборот, мне всегда хотелось быстрее уехать домой вместе с ней. Чтобы снова любить ее. Чтобы наслаждаться каждой минутой вдвоем. А потом она стала готовить… и я даже не вспомнил про ресторан, потому то есть пищу, приготовленную ее рукой, оказалось гораздо приятнее, чем роскошные шедевры кулинарии от известных поваров.