А мне главное с Дашей увидеться. И помириться.
Я не глядя оплатил то, что Саша накидал в тележку. Мне было все равно, я не собирался пить. Я ждал Дашу.
— Теть Вер? — Скрипнула входная дверь и я услышал ее голос. У меня перехватило дыхание. Больше всего мне хотелось взять ее на руки и унести туда, где нас ждала постель с глупыми розовыми лепестками…
— Дашка, — крикнул Саша, мы сидели на кухне, — айда к нам. Вера сейчас придет. А у нас для тебя сюрприз.
— Что за сюрприз, дядь Саш? — рассмеялась Даша. И я услышал ее легкие шаги. Ближе. Еще мгновение и я ее увижу.
— Дима?!
— Даша, — со стоном вырвалось у меня, я и сделал шаг навстречу, — Дашенька… прости меня…
Но она не стала меня слушать. Сбежала. Как маленький испуганный зайчик. И я не могу сказать, что была не права. Я ее очень сильно обидел. И знал, что помириться будет не просто. Хотя надеялся… да…
А соглядатаям Седого мы все таки наваляли.
Глава 18
— Дима-Дима, — Седой видел на моей постели в гостинице и сокрушенно качал головой, — я же тебя по-хорошему просил, оставь девочку в покое. Она сегодня весь день сама не своя, глаза на мокром месте.
— Я пил со старым другом, — просипел я. Похмелье мучило ужасное. Все же пойло, которое мы пили вчера это вам не мой виски.
— Да, знаю я, как ты пил. Троих моих ребят заломали… И чего тебе спокойно не живется? Жил же десять лет, никого не трогал, баб трахал, бабки зарабатывал? Что так активизировался-то?
— Сам знаешь. — Пить хотелось невероятно. Я сполз с кровати с трудом удерживая себя в вертикальном положении пошел в ванную. Если бы не присутствие Седого, я бы, пожалуй, пополз.
Когда я вышел, более-менее приведя себя в порядок, Седой все еще сидел в номере.
— Я тебя второй раз предупреждаю, Демон. Отстань от девочки. Иначе будем разговаривать по-другому. Ты понял? — встал он с кресла, желая сделать свои слова более значимыми.
— Тогда начинай сейчас. Потому что я не отступлюсь.
— Что же… — он качнулся, перекатываясь с носка на пятку. И обратно, — ты сам пошел против меня. Теперь вини только себя, идиот.
И стремительно выскочил из комнаты.
Я вздохнул… сел на постель… вот и все… теперь я в контрах с Седым. С человеком, с которым не решается ссориться даже губернатор. Поздравляю, Демон. Ты всех переплюнул.
Но за Дашку я буду биться со всем миром. Я усмехнулся, все же Седой в своем самомнении допустил одну ошибку. Он сам дал мне козырь против себя. И я припрячу его в рукаве. Вдруг когда-нибудь мне пригодиться знание о том, кто он для Даши.
Не прошло полчаса, я еще не успел собраться и сдать номер, как мне позвонила Света.
— Дима, что случилось? Тут такой переполох? Бакс сказал, что предлагает тебе выкупить твою долю по номинальной стоимости. А иначе мы больше не выиграем ни одного тендера. И просто обанкротимся. Ты поссорился с дядей? Это правда?
— Да, Свет. Скажи Баксу, что я согласен. У меня нет намерения гробить фирму.
— Но что у вас случилось? Дима?! С тобой все хорошо?
— Да. Все хорошо. Просто… так вышло, Свет. Надеюсь, я когда-нибудь могу тебе все рассказать…
— Я тоже на это надеюсь, — ответила она, — тебе нужна помощь?
— Выстави мою квартиру на продажу, пожалуйста.
— Хорошо, — Света поджала губы. Но не стала ничего спрашивать, — Давай, пока. Приезжай сегодня к нам. Все расскажешь… ну, или расскажешь, что захочешь.
Хорошая у меня сестренка… Настоящий друг. Я уверен в ней как в самой себе. Но вот о том, что они с Дашей родственники я, пожалуй, промолчу.
Мне было тошно. Нет, я понимал, что сам пошел против Седого. Но все было страшно обидно, что мне вот так жестко, как нашкодившего кота, потыкали носом и наказали. Показательно наказали. Уверен, Седому наши со Светой доходы — карманная мелочь. Но ему нужно было показать мне, на чьей стороне сила.
Ну и черт с ним. Я справлюсь. Зато сейчас я свободен в своих поступках. И совершенно точно добьюсь, чтобы Даша меня простила.
Но как бы я не храбрился, было тошно. Черт. Я столько сил положил на компанию. Сыну хотел оставить… идиот. Как можно оставить компанию, которую ты не создал сам? Которую тебе подарили? И которую так же просто отняли?
Домой не хотелось. Оставаться в гостинице — тоже. И я поехал к Нике. Как ни крути, она единственный родной человек. Даже Света… не уверен, что она пойдет против дяди. Да и я не хочу ее подставлять.