Старик. Любые. Вам деньги глаза застят. Шмотки эти, курорты.
Старуха. Когда я их видела, курорты, чтобы застили? Всю жизнь в колготках хожу, ноги сроду загара не видали.
Старик. В августе на речке кто загорал? В позапрошлом году, когда шашлыки жарили, кто сгорел, потом облазил. Даже к Лехе на похороны не пошла, температуру нагрела.
Ксюша вздыхает, поправляет Ромочке шапку.
Старуха (жестом показывает, чтобы Старик заткнулся). Простыла я. Холодно потому что было. Вот на море – дело другое. Он тебе кто? (Кивает на Серегу.)
Старик. Ну внучатый племянник. Как это, троюродный.
Старуха. Во! Родня. Мог бы и поделиться.
Ромочка. Дядь Сережа сказал, вода в бассейне хрустально-чистая. Значит, она хрустит?
Ксюша (не обращая на него внимания). С какой стати? Дядь Миша приемный был. Серега вам никто. И не претендуйте. Уж если кто имеет право на эти деньги, то я и мой сын.
Старуха. Обвенчаетесь – поговорим.
Старик. Да тише ты, при ребенке.
Ксюша. Да он не слышит ничего, опять обострение. (Наклоняется к Ромочке, кричит.) Шапку-шапку натяни.
Старуха. Отца Никодима лучше бы спросить.
Ксюша. Отец Никодим переехал.
Подходит Студент, ведет за руку Юльку. Красивую студентку. Она смотрит на всех по-московски, вежливо-брезгливо. Ксюша на ее фоне как бы морщинами покрывается. Старится. Да еще сутулится, пряча колготки за спину.
Студент. Это Юля, это Ксюша. (Кивает Старухе и Старику.)
Ворона каркает, она все еще тут, не улетела.
Юлька. Мы, кажется, помешали.
Студент. Мы в бассейн идем.
Ромочка. Какая красивая. А я Рома.
Юлька присаживается на корточки, поправляет Ромочке шапку.
Ксюша (злобно). Экономику сдал?
Студент. Угу. У Юльки списал. Она шарит.
Ксюша. Да неужели. А про Серегу слышал?
Студент. Мать позвонила. Ваще чума, это ж надо. Юль, представляешь, это тренер наш тридцать лямов выиграл в лотерею. Школу спортивную хочет замутить.
Юлька (загораясь глазами). В Москве?
Старуха пихает Ксюшу в бок.
Ксюша. Нет, здесь, нам с Сереженькой здесь хорошо.
Юлька молчит. Но понимает.
Студент. Повезло ему, то-то я думаю, чего он все спрашивал, что бы я сделал с баблом.
Юлька поднимает на него бровь.
Студент. Я бы уехал в Швейцарию и тебя забрал.
Старуха. Далась вам Швейцария, там даже моря нет. То ли дело в Анапе, скажи, Ксюша. Вы же были.
Ромочка. В Швейцарии горы.
Никто его не слушает. Как будто не он с замотанными ушами, а все вокруг.
Юлька. А этот ваш, эм, тренер. Он сейчас где?
Ксюша. На работе. В бассейне. И я скоро туда приду. Ребенка отведу домой и приду.
Старуха. Юлия, колготочки возьмете? Модные, с низкой посадкой, а хотите сеткой. (Кивает на Ксюшу.) Хорошо берут.
Юлька снисходительно качает головой.
Студент (стыдясь Старухи). Отстань от нее со своей сеткой.
Ворона снова каркает. Все вздрагивают.
Старик. Да, лучше бы Сереге уехать.
Серега в раздевалке мужской на карачках поднимается с пола, трет ушибленную коленку. Рядом стоит Старуха с пустым ведром и шваброй.
Старуха. Не ушибся?
Серега. Ты чего развела половодье? А дети навернутся?
Старуха. Если бы дети, тебя бы оштрафовали.
Серега. Не понял.
Старуха. А то бы и посадили.
Серега. Слушай, если тебе работать не хочется, иди уже, я другую уборщицу найму.
Старуха. Меня Пузиков нанял, он и уволит, если захочет. Не твой бассейн, не твой, Сереженька.
Серега. Ну, это ненадолго.
Старуха. Как знать. Пузиков снесет его, а тебе не продаст.
Серега стоит у бассейна, перед ним десять детей в купальниках и плавках, никто не может начать плавать. На трибуне сидит Старик.
Серега. Старик, а где всё, снаряга? Доски для плавания, лопатки, колобашки, ласты?
Старик (отворачиваясь). Не было в продаже.
Серега. Быть не может. Ты же еще вчера мне сказал, что все купил.
Старик. Значит, потерял.
Серега. Это что за номера? Как я детей буду обучать.
Старик. Выходит, не надо тебе обучать.
Серега и Ксюша сидят у бассейна полностью одетые, только воды в нем нет. На дне какие-то заколки, чей-то ржавый ключ. Сидеть жутко неуютно и холодно.
Серега. Ксюш, извини, Пузиков пакостит. Говорит, бассейн сегодня закрыт на профилактику.
Ксюша. Не продал?