Девушка не успела даже слов подобрать: Имон схватил рюкзак, из которого уже успел достать протез, и скрылся в ванной. Анубис ещё раз фыркнул, но с большей удовлетворённостью.
— Анубис, — пожурила его Джуд, — нельзя быть таким грубым.
Он щёлкнул зубами и улёгся в кресле. Раньше он не был столь эмоциональным и всегда делал то, что ему говорили. Всё-таки, он хоть и был её единственным другом, он был андроидом, на которого эфир мог влиять. Анубис никогда не вёл себя неподобающим образом и не вынуждал её прибегать к эфиру, но в последние несколько часов он слишком часто демонстрировал свой скверный характер. Джуд это не нравилось, но она не знала, что ей делать. Заставлять его быть более милым с помощью эфира было бы неправильно.
Она выдохнула и спрятала лицо в ладонях. Самые свежие воспоминания и удручающие мысли стали наслаиваться друг на друга, и в уголках глаз уже скапливались слёзы. Джуд никогда не стеснялась своей эмоциональности, — она могла плакать как из-за грустной концовки фильма, так и из-за того, что Анубис схитрил и выиграл её в виртуальных гонках, — но сейчас ей почему-то отчаянно захотелось сдержать себя.
Теперь рядом не было доктора, который всегда брал на себя общение с кем-либо и подсказывал ей, как лучше поступить. Был только до чёртиков уставший Хейн, которого они поставили под удар только из-за того, что он невовремя оказался возле их дома, и был Имон, киборг без каких-либо воспоминаний, но с крайне острым языком. И был Анубис, не пугавший Джуд своим неожиданно проявившимся характером, но определённо ставящий в тупик. Двое незнакомых мужчин и пёс-андроид — не лучшее начало.
Будь она героиней интерактивного фильма, она могла бы выбрать, по какому пути пойдёт сюжет: более закрученному, когда выясняются все тайны, или более спокойному, когда все событиях обходят их стороной. Но ведь её жизнь — это не фильм, не сюжет в виртуальной реальности и даже не видеоигра. Здесь нет никаких подсказок в виде светящихся объектов или неигровых персонажей, которые могут ответить на все вопросы. И различных концовок или возможностей выйти на них тоже нет.
Теперь Джуд казалось, что жизнь с доктором была прекрасной. Никаких опасностей и неожиданностей. Можно было выйти во двор и не попасть под пущенную кем-то пулю. Можно было использовать эфир, сколько душе угодно, и не боятся, что кто-то попытается исследовать его. Джуд всхлипнула, когда эфир тяжестью осел в лёгких, мешая ей сделать глубокий вдох. Ей ведь даже в ванной не спрятаться, чтобы спокойно поплакать — её везде найдут.
— Анубис, — тихо позвала Джуд, поднимая на него глаза, — что у нас есть?
Доктор работал на дому, но его протезы были хорошо известны в кругу определённых людей. Того, что доктор зарабатывал, им хватало на любые их капризы, кроме покупок частных корветов, но они им были и не нужны. Кроме дома, уже разрушенного, у доктора не было никакой недвижимости, но вдруг он скрыл от неё что-то? Тайн у него может быть даже больше, чем идеально изготовленных протезов.
Анубис спрыгнул с кресла и громко фыркнул. Джуд поднялась на ставшими ватными ноги и подошла ближе. Пёс крутился возле лежащего на полу контейнера с протезом и старательно скрёб лапой его чёрную крышку.
— Что? — не поняла Джуд, присаживаясь рядом. — Это протез для Имона. Мне его лучше не трогать.
Анубис повернул к ней голову, будто пытался смерить недовольным взглядом, потом постучал лапой по месту, отделённому слабо различимыми линиями. Обычно на подобных контейнерах были сканеры для считывания информации или сканирования отпечатков пальцев, ограждающие содержимое внутри от лишних глаз. Если доктор запрограммировал это контейнер для Имона, то сканер должен считать отпечаток пальца его левой руки, а Джуд ни за что не сможет его открыть. Эфиром — возможно, но применять эфир было элементарно неприлично.
— Я не буду его открывать, — упрямо повторила Джуд и нахмурилась. — Я думаю, Имон сам решит, когда открыть его. У нас тут нет тех, кто может установить ему новый протез, так что, видимо, придётся искать мастера.
Анубис тявкнул и дёрнул ушами. И снова положил лапу на квадрат сканера.
— Анубис, это неприлично. Эта вещь принадлежит Имону.
Пёс проурчал что-то, будто обдумывая, а потом ещё раз тявкнул и носом уткнулся в плечо Джуд.
— А ты думаешь, мне это нравится? — мгновенно поняв, на что он намекает, вспыхнула Джуд. — Если бы я знала, что мы сбежим, я бы приготовила одежду. И вообще, почему доктор запасся всем, кроме одежды? Он знал мой размер и мои вкусы. Так в чём проблема?