— Спасибо за справку, но мы говорим не о «Керикионе». Кем бы автор этих записей ни был, он очень нелестно отзывался от Ортегорах. Он писал: «Они отказываются подчиняться, если к ним обращаются как-то иначе, кроме как Ортегоры. Не идут на контакт, если хоть один из них чувствует себя плохо после тестов. Нападают, если чувствуют, что другому больно».
— Как это — чувствуют, что другому больно? — не понял Ри.
— Не знаю, тут про это ничего больше не сказано. Я искала хоть какую-то информацию об Ортегорах, но ничего не нашла. Ни на серверах лаборатории, ни в Потоке.
— Но ты уверена, что они участвовали в проекте «Защитник»?
Иззи закатила глаза и свирепо уставилась на Ри. Этому парню точно недостаточно хорошо объяснили, насколько Иззи великолепна в добыче информации и взломе.
— Из их характеристик только те, что записывают до и после проведения тестов, но по ним Ортегоров не найти. Может, если я подключусь к той лаборатории напрямую, я что-нибудь узнаю.
— А что насчёт остальных? — скромно поинтересовалась Джуд, воспользовавшись наступившей тишиной. — Холланда и Аспида?
— Про них я впервые слышу, — честно ответила Иззи. — Но раз мой папа говорил и о них, и об Ортегорах, между ними может быть связь.
— А ты не думала, что твой отец может быть связан с той лабораторией?
Хейн предположил это таким обыденным тоном, что Иззи едва не впилась ногтями ему в шею. Как он вообще может думать, будто её отец связан с тем ужасным местом?..
— Иззи, — продолжил Хейн, всё ещё смотря только перед собой, — откуда он знает про Ортегоров? О какой попытке контроля над ними он говорил? Тебе не кажется странным, что он рассуждает о них так, будто они его солдаты?
И хотя она была не в линзах, перед глазами словно вспыхнуло предупреждение Момо, всегда улавливающей, когда Иззи начинает закипать. Хотелось ответить чем-нибудь колким, ядовитым, чтобы Хейн проглотил её слова и даже подавился в процессе, но на ум ничего не приходило. Была только одна мысль, нестерпимо сильно бьющаяся с того самого момента, как Иззи обошла защиту: она нашла что-то действительно стоящее.
— Послушай-ка, не-капитан, — цедя каждое слово, начала Иззи, — мой отец никогда, — слышишь? — никогда не работал в таких лабораториях. Он никогда не участвовал в экспериментах над людьми и никогда не стал бы участвовать. Он программист, кодировщик и создатель ИИ, а не грёбаный псих в халате.
— Стой, — вмешался Имон, — твой отец создавал ИИ?
— Самых лучших, между прочим, — с гордостью подхватила Иззи, примеряя победную улыбку. — На счету его команды создание Ники и Нейт, работающих в «Керикионе», Номера Семь, Номера Четыре, а также…
— Номер Семь? — оторопело переспросил Имон. Анубис вторил ему, громко тявкнув, и потянулся носом к планшету девушки.
— Номер Семь, — повторила Иззи, отодвигая планшет от пса. — Не знаю, что с ним стало после исчезновения папы, но говорят, что в МКЦ ему нашли подходящее место.
— Он был вместе с доком. Вальфбардом, — торопливо напомнил Имон, неопределённо взмахнув левой рукой. — Когда док меня нашёл, Номер Семь был вместе с ним. Он ещё помог нам сбежать, когда на дом напали химеры.
— Напали… кто?
Анубис ещё раз тявкнул, поставил передние лапы на ногу Иззи и настойчиво уткнулся носом в поверхность экрана. Джуд принялась шептать ему, что так вести себя неприлично, но пёс её будто не слушал, продолжая водить носом по экрану.
— Никогда прежде не видела такого любопытного андроида, — максимально мило отозвалась Иззи, потрепав Анубиса за ухом. Тот оскалился и громко щёлкнул зубами, из-за чего девушка испуганно пискнула.
— Анубис, — строго произнесла Джуд, Иззи даже показалось, что её голос стал на пару тонов властнее и заполнил собой всю машину, — прекрати. Немедленно.
Оказывается, она не такая уж и пай-девочка. Иззи была готова поспорить, что Джуд не умеет повышать голос, — хотя, может, дело было в том, что Анубис запрограммирован подчиняться её командам, — но пёс всё-таки поджал уши и вернулся на место, стыдливо опустив голову. Если бы мысли Иззи не были заняты предстоящим проникновением в лабораторию, проектом «Защитник», его участниками и отцом, о котором удалось найти хоть что-то, она бы обязательно потискала пса и рассказала ему о том, что совсем не сердится за его настойчивость.