— Я в порядке, — отмахнулась Джуд, даже не оглянувшись на него. — Нам ведь нужно сбежать как можно дальше, да?
— Да, но...
— Всё нормально, — даже не дослушав его, с кажущимся напускным энтузиазмом проговорила Джуд. — Я до сих пор не понимаю, как мне удалось повлиять тогда на скорость манты, но я решила попробовать и... Кажется, получается.
Корабль тряхнуло ещё раз. Джуд, не удержав равновесия, почти упала, но Хейн вовремя поймал её за плечи и вернул в вертикальное положение.
— Мамочки, — выдохнула девушка-хакер, прижав ладони к груди, — всё очень плохо.
— Конкретнее, — только и сказал Хейн, насильно отрывая руки Джуд от панели и усаживая её на своё место.
— Отчёт об изменившейся скорости, преодолённом расстоянии и состоянии корабля был бы вот-вот готов, когда извне кто-то вмешался.
По спине Пайка пополз холодок. Он пытался вспомнить, в каком отсеке есть достаточно мощный компьютер или хотя бы панель, что поможет перехватить управление с главного, но на ум ничего не приходило. Из других отсеков можно было только что-то поломать; например, весь свет на корабле, и не более того. По крайней мере, это запросто мог сделать тот, кто не является механиком или хакером.
— На корабле помимо нас кто-то есть, — в наступившей тишине голос девушки эхом отразился от стен.
Пайк с запозданием понял, что было слишком тихо. Не гудели даже двигатели, не вёлся едва слышный отсчёт до окончания диагностики, из коридора за дверями не доносилось ни звука.
Уже привыкшие ко тьме глаза различили плотные скопления тёмных облаков, со всех сторон облепивших корабль. К какому бы иллюминатору Пайк ни поворачивался, он не мог разглядеть далёких огней города, холмов или даже гор. Он понятия не имел, какую высоту успел набрать «Бетельгейзе» и насколько далеко он унёс их от Аке.
Но он точно знал, что они зависли где-то между необъятным космосом и землёй, где их поджидает опасность, с чужим на корабле, который, вне всяких сомнений, попытается добраться до них.
***
— Это самое безопасное место, — продолжал заверять Пайк, прогуливаясь по капитанскому мостику и активно жестикулируя. — Медблок находится на первом уровне, прямо под нами, попасть туда можно только пройдя грузовой и оружейный отсеки. Но там почти ничего не осталось.
— Ничего? — удивлённо переспросила Джуд. Она полулежала на сиденье пилота, где ещё недавно орудовал Хейн, и всё порывалась для верности протянуть руки к панелям, но мужчина перехватывал их и невозмутимо прерывал любую её попытку сдвинуть корабль с места.
Пайк по обрывкам разговоров, не стихающих с того самого момента, как стало известно о вторженце, сумел составить примерные портреты своих неудачливых спутников. Хейн, судя по наблюдениям и словам других, был на грани нервного срыва, но отлично держался, предлагал самые рациональные идеи и просто великолепно корректировал чужие, причём так, что ни у кого даже вопросов не возникало. Да и вообще он производил впечатление вполне надёжного человека, хотя и со сложным характером, пусть и был в простой футболке и штанах, отдалённо напоминающих военную форму. Хейн то и дело запускал руку в каштановые волосы, окончательно путая их, пока Пайк распинался об устройстве «Бетельгейзе», но при этом сохранял сосредоточенное выражение лица и даже кивал, если Пайк поворачивался к нему, словно давал разрешение на продолжение.
Ри, так же хлопавший Джуд по рукам, когда она пыталась дотянуться до его раны на боку и помочь ему, почти не перебивал Пайка. Только бормотал о том, что если незваный гость — Рейнджер, то они должны немедленно от него избавиться. И неважно, что системы корабля всё ещё нестабильны, а девушка-хакер, Иззи, ещё не определила, где они находятся относительно Земли и где сам вторженец.
Иззи не вписывалась в обстановку ни своими резкими словами, которыми она осаждала Ри, ни потрясающей манерой раздавать всем комплименты и при этом не выглядеть так, словно она одним своим присутствием делает им всем огромное одолжение. Иззи прыгала между панелями с грациозностью, которой Пайк никогда не видел, огибала застывших на месте Хейна и Ри, хвалила Джуд за что-то, чего Пайк не понимал, и на цыпочках обходила Имона, на которого Пайк старался смотреть меньше всего.