— Мой запах, — согласно повторил Рейнджер, и по интонации Пайк догадался, что тот улыбается. — А ещё его запах. Тоже чувствуешь?
— Что за...
Пайк почти взвыл от отчаяния. Рейнджер прыгнул вперёд, избегая первой пули, прокатился по полу и набросился на Хейна.
Ри даже не удосужился засомневаться — он стрелял во вцепившихся друг в друга Хейна и Рейнджера с такой уверенностью, будто точно знал, что попадёт во второго, а первый даже лёгкой царапины не получит. Пайк мог только в ужасе пятиться к стене, держа контейнер, и с замершим сердцем следить за агрессивными попытками Рейнджера добраться до шеи Хейна.
Очередная пуля просвистела совсем рядом с ухом Рейнджера. На жалкую долю секунды он замер, и что-то в районе поясницы у него раздражённо дёрнулось, всколыхнув края куртки, что сзади были длиннее, чем спереди. Ри воспользовался его замешательством, быстро вытащил нож из-за пояса и швырнул его так близко к Хейну, будто хотел пригвоздить его запястье к полу. Хейн без промедлений схватил нож и вслепую полоснул им перед собой, задев край матовой маски. Рейнджер мгновенно соскочил с него, но тут же набросился на Ри и повалил его на пол, затылком ударив о металл и выбив пистолет из рук. Пайку показалось, что он услышал хруст неприлично отчётливо и в то же время так, словно он был очень далёким.
На шее Хейна виднелись следы от чужих рук и красные полосы крови, но он не обращал на них внимания, пока вновь поднимал пистолет и прицеливался. Рейнджер рванул в сторону, переворачивая Ри так, что тот теперь был сверху, и выстрел Хейна задел его плечо — несильно, буквально проскользнул по самому краю, но Ри болезненно закричал. Слишком поздно Пайк понял, что в тот же самый момент, когда Хейн, не сумев остановить руку, выстрелил, Рейнджер выпустил когти и вцепился ими в раненый бок Ри. Так сильно и неожиданно, что Ри почти сразу же упал, а сам противник отпихнул его как тряпичную куклу. Лужа крови, расплывающаяся из-под тела Ри, судорожно пытавшегося приподняться, подсказала Пайку, что ранение не шуточное.
Рейнджер вновь переключил внимание на Хейна, быстро пригнулся, избежав встречи с ещё двумя пулями, и прыгнул на мужчину, выпустив когти и на второй руке. Пайк только и успевал смотреть за тем, как острые когти мелькали то тут, то там, а Хейн отбивался пистолетом и ножом, получал новые царапины и скалил зубы, уже окрасившиеся кровью. Пайк вздрогнул из-за звука хрустнувшей кости, но не смог понять, кто получил новое повреждение: Хейн и Рейнджер сцепились в какой-то яростный клубок, катались по полу, пытаясь одолеть друг друга и не гнушались использовать всё, что попадалось под руку. Спустя несколько секунд Рейнджеру удалось выбить из рук соперника пистолет, и тот отлетел к дальней стене. Почти сразу же Хейн вновь полоснул ножом по матовой маске, и она громко треснула.
Рейнджер лбом ударил в лоб Хейна, отчего маска раскрошилась, стала распадаться на крохотные кусочки чёрного стекла, соединённого внутренней обшивкой и проводами. Пайк увидел тонкую полосу, что раньше пряталась за светлыми волосами Рейнджера — она разломилась на две части, когда маска полностью распалась. Теперь лицо Хейна было не только в крови и поте, но и чёрной сверкающей крошке. А ещё на его лице отражался неподдельный ужас осознания, которого Пайк не понимал.
Он осторожно наклонился, желая детально рассмотреть лицо Рейнджера, абсолютно уверенный, что через секунду Хейн хорошенько врежет ему, но этого не произошло. Рейнджер занёс руку для удара, острые когти сверкнули в свете ламп, но рука дрогнула, когда хищный оскал сполз с обезображенного лица вторженца.
— Твой запах, — нерешительно протянул Рейнджер, продолжая держать руку занесённой для удара. Хейн не шевелился, ошарашенно смотря в его лицо, и будто ждал продолжения. — Твой запах... он... знакомый. Ты не пахнешь огнём. Ты знаешь, кто я?
Хейн сдвинул брови всего на миллиметр, но в лице Рейнджера что-то резко изменилось: оно болезненно исказилось, в следующую секунду с его покрытых шрамами обожжённых губ сорвался настоящий звериный рык. Рука опять дрогнула, и Пайк бросился вперёд, запрыгнул на Рейнджера и повалил его набок, освобождая Хейна, за что тут же получил когтями по щеке.
— Ты! — рычал Рейнджер, сбрасывая Пайка и поднимаясь на ноги. — Ты! Не! Сгорел!
Пайк застонал от боли, от выступившей на лице крови и страха, но больше из-за того, как его удивило лицо Рейнджера. Его кожа была стянута словно во всей направлениях одновременно, на правом глазу была простая чёрная тканевая повязка, а из-под её краёв расплывалась тёмное пятно, левый глаз почти не открывался, но Пайк прекрасно видел туманный янтарный взгляд и ярость, что была в нём. Ожоги и порезы, покрывающие всё лицо Рейнджера, переходили на шею и исчезали под одеждой, но Пайк быстро метнул взгляд к рукам мужчины и понял, что пальцы у него так же изуродованы огнём.