— Но я могу попробовать! — громко заявила Джуд, едва не подпрыгнув на месте. Один из ближайших экранов вдруг вспыхнул, но девушка, не глядя, махнула рукой и отключила его. — Это не так сложно, нужно просто приложить немного усилий и...
Вспыхнул другой экран на противоположной стороне. Джуд вновь махнула рукой и прикрикнула:
— Я знаю, что делаю!
Имон исступлённо смотрел на потухший экран. Джуд же смотрела на него сияющими глазами, сложив пальцы шпилем, и ждала ответа.
«Ты всё испортил, Имон. Как и всегда».
— Э-э... А это никак на тебе не скажется? — осторожно спросил Имон, вспомнив, как Джуд потеряла сознание в заброшенной лаборатории.
— Всё будет хорошо! В конце концов, я использую свой эфир только для того, чтобы задать твоему эфиру нужное направление, а когда ток восстановится, мне останется только следить за ним и изредка корректировать!
Звучало сложно, но в то же время логично. Имон ничего об эфире, сколько бы ни искал, не нашёл, но знал, что Джуд ему не врёт. Она вообще ни разу, с тех пор как открыла свой эфир, не врала.
«Ты всё испортил, Имон. Как и всегда».
— Я бы не хотел, чтобы из-за моего эфира пострадала твой. Или даже ты. Анубис тогда загрузит мне вирус, который сожжёт все мои программы. А ведь я даже не знаю, не сожжёт ли это и мой мозг.
— О, не бойся, я попрошу его не делать этого, — с широкой улыбкой заверила Джуд. — Он просто боится, что я могу довести себя до истощения, но я не думаю, что это возможно. Чем больше эфира я использую, тем лучше себя чувствую.
— Правда? — с наигранным энтузиазмом отозвался Пайк, выглядывая из-за дверей мастерской. — Может быть, ты тогда используешь эфир, чтобы помочь мне? Время, вообще-то, не резиновое.
Джуд вдруг опустила плечи и, прикрыв рот руками, тихо прошептала:
— Ты всё слышал?
— Большую часть, — пожав плечами, ответил Пайк. — Идём, пора уже установить этот протез, мне ещё над модулями для Ри работать.
Джуд опустила плечи ещё ниже и спрятала лицо в ладонях.
— Я сейчас подойду, — пропищала она, отступая на шаг.
Имон увидел порозовевшие кончики её ушей и уловил, как уровень эндорфинов и окситоцина в её организме повысился.
— Я жду! — крикнул Пайк из глубины мастерской.
Имон, немного помедлив, направился в мастерскую, озадаченно косясь на Джуд.
***
Хелен Ан на дух не переносила только одного человека: Элайджу Ана. Но с недавних пор в её жизни всё чаще появлялась иная личность, способная вызвать у неё нервный тик.
— Это так необходимо? — спросила Хелен, сохраняя бесстрастное выражение лица. Она умела контролировать эмоции и никогда не демонстрировала, что чувствовала на самом деле, но когда рядом вилась эта девчонка, выскочившая чёрт знает откуда, сдерживаться становилось всё труднее.
— Это проверка, Хелен, — отозвался Зеро. Хелен не видела его, слышала только голос, но ей было нетрудно представить, будто прямо сейчас он был перед ней. — Морин нам нужна.
— Она не внушает мне доверия.
— О, доверие... — со смешком повторил Зеро, растягивая окончание. Наверняка сейчас он был в каком-нибудь укромном уголке, там, где его никто не найдёт, откуда он может спокойно связаться с Хелен и обсудить все их дела, но его голос был слишком радостным для человека, пытавшегося дёргать за ниточки сразу нескольких марионеток. — Спроси у Морин про доверие. Это очень интересная история.
Всё это время Морин, о которой шёл разговор, шагала вдоль панорамных окон и смотрела на простирающуюся за ними долину. Кандаран — планета не такая красочная, как Кратвар или Сидмон, да и экономический кризис сильно сказался на её внешнем виде. Не сильнее, чем договор Зеро с властями о постройке научно-исследовательского центра «Элизиума», разумеется.
Серые просторы, брошенные дома, глухие леса. Кандаран — не очень хороший вариант для длительной остановки, но уж лучше Хелен задержится здесь, чем отправится куда-либо с Морин. Даже если это по приказу Зеро.
— Морин, — позвала она девушку, осознав, что Зеро не будет продолжать разговор, пока его приказ не исполнят. — Расскажи мне о доверии.
Морин остановилась и повернулась к ней. Она была невысокой человеческой девушкой, едва достававшей Хелен до плеч, с рыжими волосами, как и у неё, и глазами без зрачков, что совсем не пугало Ан, но всё же немного волновало. Она не чувствовала хирургических вмешательств в организм девушки, не распознавала мимикрирующих или видоизменяющих модулей.