Официально нгуенские послы должны были прибыть только через два часа, но Цуга, вышедшая на связь этим утром, сообщила, что Ортегор будет готов встретиться с ними и раньше. Она не уточнила, насколько раньше, но передала Иззи какой-то зашифрованный кейс, через который они могли связаться непосредственно с Ортегором. На вопрос Пайка, почему они не могут просто написать ему, Иззи ответила, что личная встреча в данном случае даст им куда больше, чем общение через Поток. Особенно если с ними будет Джуд, способная распознать ложь, намерения навредить и прочую ерунду. Иззи так и сказала, после чего осыпала засомневавшуюся Джуд сотнями комплиментов. Это продолжалось вплоть до тех пор, пока они не разделились. Потом Джуд поникла, вжала голову в плечи и с опаской оглядывалась, только если не находила что-то, что могло ненадолго отвлечь её. Например, мобулы. Театральные постановки интересовали её куда меньше.
К главному залу, где Освальды планировали официально поприветствовать прибывших послов, вело несколько коридоров. Это был настоящий лабиринт, захвативший десятый, одиннадцатый и двенадцатый этажи здания. Имон хорошо ориентировался и без специальных указателей, но заметил, что даже с ними некоторые из гостей, пытавшихся побывать в каждом из залов, сворачивали в коридоры, ведущие к взлётной площадке. Согласно раздобытой Иззи информации, там ничего, кроме двух шаттлов послов, быть не должно. Похоже, они не считали приемлемым явиться через парадный вход.
Взлётная площадка — самый крайний и нежелательный способ свалить, случись что, потому как угонять шаттл нгуенцев было само по себе плохой идеей. Но они не знали, как мог обернуться вечер, и разработали сразу несколько путей отступления.
Имон не думал, что один из них ему придётся использовать так скоро.
Он нашёл ответвление в коридоре, ведущее на балкон, с которого были прекрасно видны окна главного зала, и свернул туда. Джуд даже не поняла, что они сбились с курса. Лишь когда налетел теплый воздух, она остановилась, нахмурилась и пробормотала:
— Мы потерялись.
— Мы не потерялись, у меня же в голове карта.
Как назло, перед глазами всплыло сообщение от Иззи: «Куда вы ушли?».
«Подышать свежим воздухом», — ответил Имон, кося взгляд на окна главного зала. Он видел гостей, терпеливо прогуливающихся из стороны в сторону, берущих закуски и бокалы с подносов андроидов-слуг и сплетничающих друг с другом. А ещё он видел Артемиду, её сияющие башни и огни порта, где их ждал «Бетельгейзе».
«Вы нужны в зале!».
«Расслабься, я помню план».
Статус особого гостя позволял Ортегору покинуть мероприятие до его завершения, и это было хорошо и плохо одновременно. Как бы Иззи ни хотела подольше побыть на приёме, Хейн настоял, чтобы они не задерживались. Нашли Ортегора, задали вопросы, установили какую-то связь или договорились о встрече после, и разошлись. Больше ничего. Они и так чудом получили приглашения и не могли им полностью доверять. Был шанс, что их попытаются либо выгнать, либо схватить.
Имон искренне надеялся, что этого не произойдет. Пайк и Иззи хорошо поработали над модулями для Ри, и те временно скрыли чешую на его лице и визуально сделали хвост тоньше — хотя бы в первое время его не должны узнать. Иззи была знакома с Освальдами, в частности с их сыном, и потому не боялась, что план может провалиться. Но Имон нервничал. Он же помнил, что у них всегда всё идёт не так.
— Лучше? — наконец спросил он, отрываясь от разглядывания города.
— Там так много людей! — севшим голосом произнесла Джуд, наматывая локон волос на кулак. — Они все такие яркие, шумные, пахнут по-разному, а ещё постоянно смотрят и обсуждают…
— Что? — уточнил Имон, когда она замолчала.
— Не что, а кого. Всех. Кто во что одет. Кто с кем пришёл. Кто заключил какую-то сделку, кто разорвал. У кого пираты разграбили один из торговых корветов… Здесь так шумно! Голова болит…
Имон, признаться, понятия не имел, чего ожидать. Он слышал, что, отправившись с Иззи и Ри, Джуд липла к витрине каждого магазина, а во время выбора платья пыталась примерить всё, что только было. Она была активной, достаточно шумной и проявляла инициативу даже там, где это было не нужно. Но сейчас она казалась бледной, напуганной и определённо не знала, что делать. Даже если она помнила план, — а она помнила его, потому что Хейн заставил наизусть выучить, — из-за страха в её голове всё перемешалось. Имон слышал её учащенное дыхание и видел результаты сканирования, произошедшего быстрее, чем он дал на это согласие. Но он не знал, что делать.