Пларозианская девчонка была сильнее люманирийки, продолжавшей отдавать команды. Это было видно по тому, как эфир легко подчинялся ей, отзывался на каждый её жест и вырубал всякого, кто подходил слишком близко. Эфир удерживал киборга с почерневшими глазами за спиной пларозианки, не давал броситься на люманирийку, по скулам которой расползались янтарные нити света. Как трещины в древнем камне. Азриэль сразу понял, что эфир отвергал её.
Когда из носа пларозианки потекла кровь, — хотя Азриэль не видел, чтобы её сильно ранили, — он решил, что всё кончится через несколько секунд. Его самого уже поставили на колени, сцепили руки за спиной, а заместо идиотской пластины на рот пытались надеть какой-то металлическо-матовый ошейник. Азриэль брыкался из последних сил, и искры эфира сыпались с его пальцев, вырывались изо рта вместе с рычанием, но не достигали того же могущества, что у пларозианки.
Азриэль её недооценил. Даже сейчас, с кровью из носа и дрожащими руками, вытянутыми вперёд, она была сильнее его. Её эфир остановил уже третий дротик с ампулой и не меньше дюжины пуль. Он удерживал киборга, глаза которого до сих пор были чёрными, и давил на люманирийку.
— Мерзкая девчонка, — прошипела женщина, прикладывая пальцы к виску.
Постепенно мутнеющим взглядом Азриэль увидел, как на лице люманирийки появилась ещё одна янтарная нить, напоминающая трещину. Она пересекла глаз, опустилась к челюсти, а затем разделилась на несколько, и те расползлись по её лицу и шее. Эфир не просто отвергал её — он разрушал её.
Должно быть, крайне неудачный сосуд. Или наоборот — очень удачный, раз до сих пор способен вмещать и контролировать эфир.
Нужно будет спросить об этом Холланда.
Люманирийка щёлкнула пальцами, и киборг вдруг закричал. Он положил правую руку на шею и стал царапать её, будто там что-то было. Защищавшая его девчонка сдавленно вскрикнула и отвлеклась. Азриэль дёрнулся в сторону, моля свой эфир, чтобы он совершил невозможное, но дотянуться до пларозианки и киборга так и не смог. Сразу четыре дротика вонзилось в шею девчонки, а киборг чёрными глазами смотрел, как она оседает на пол, и царапал свою шею.
— Ещё, — скомандовала люманирийка и щёлкнула пальцами.
Киборг закричал громче. Ещё два дротика оказались в руке пларозианки.
«Грёбаное человеческое тело!»
Всего за шесть секунд в теле девчонки, которой на вид даже восемнадцати не дашь, оказалось девять дротиков. Азриэль понятия не имел, что было в ампулах, но предполагал, что девчонка до ужаса сильная, раз до сих пор пытается сопротивляться.
— Берите её, — небрежно бросила люманирийка, потирая висок. — Наденьте ошейник и тащите на корабль. Пусть трое держат киборга, я хочу знать, как он отреагирует. Кайсака.
Девушка, всё это время смиренно стоявшая в стороне, сделала шаг вперёд.
— Будь добра, проследи, чтобы всё прошло гладко. Я была бы не против получить и Ортегора.
— Как прикажете.
То есть он — не главная цель? Азриэль прекрасно осознавал, что после фокусов, проделанных с пларозианкой, его контроль над эфиром просто смехотворен и похож на детские попытки справиться с чем-то взрослым. И всё-таки слова люманирийки настораживали и сильно задевали. Она ждёт, что он тоже будет так беситься из-за надругательства над беззащитной девчонкой? Он бы не назвал её, прямо сейчас пытавшуюся сквозь слёзы укусить тянущиеся к ней руки, совсем уж беззащитной, но она явно стала слабее после девяти дротиков с какой-то дрянью.
Азриэль ненавидел, когда ситуация становилась настолько безумной. Он видел, как девчонку, всё ещё проявляющую бессмысленное сопротивление, закидывают на плечо и уносят. Люманирийка шла, потирая виски, и громко стучала своими каблуками. Трое оставшихся людей держали киборга, пытавшегося избавиться от их хватки, но в результате добившегося только встречи своего лица с полом.
Кайсака дождалась, пока женщина исчезнет в одном из коридоров, и направилась к противоположному. Дверь там хлопнула, кто-то будто намеренно ударил по ней ещё раз.
— Ты всё-таки сделала это.