Почему она всегда такая собранная, почему всегда знает, что делать и говорить, когда молчать? Как она сумела выработать стратегию выживания в «Гоморре» и как заставила Рептилий прислушиваться к ней даже в детском возрасте? Почему Ри, делавший для обеспечения собственной безопасности и безопасности Нут что угодно, в сравнении со старшей сестрой был на одном уровне с девятилетним Винсом?
Он стучал подошвой по полу, пытаясь поймать хоть какой-то ровный ритм, успокаивающий, но только чувствовал, что тело с каждой секундой становится всё меньше и меньше. Беспорядочно мечущиеся мысли не смогли распознать момент, когда Ри, рухнув на другой стул, обхватил себя за плечи и уткнулся лбом в стол. Это было непростительным проявлением слабости, за которое даже Кобра могла наказать, но Ри ничего не мог с собой поделать. Он ненавидел себя и всех вокруг, хотел, чтобы поблизости неожиданно оказалась ранее не замеченная чёрная дыра, которая поглотит этот корвет и ничего после себя не оставит. И в то же время он хотел, чтобы это ужасное состояние, затруднённое дыхание и гул в голове прекратились. Ри сомневался, что привычные методы помогут, и потому хотел только одного: взять в руки своё оружие. Не тот жалкий пистолет, который был у него, а что-то более мощное. Жаль, что «Габриэллу» пришлось оставить на базе в Содоме — Ри отчаянно нуждался в своей винтовке и какой-нибудь цели, которая не успеет и звука издать.
Ри пытался считать секунды, в точности вспоминая, как он в последний раз улучшал свою винтовку, но неизменно сбивался с мысли. Кобра следила за ним со сдержанным интересом, будто знала, что ему нужно время, чтобы прийти в себя. Ри не представлял, сколько ещё Кобра готова выделить и сколько драгоценных минут он потерял, бросая все оставшиеся силы на обуздание страха. Почему с ним всегда что-то не так?
Нужно взять себя в руки. Пострадать можно и потом, в полном одиночестве, вот только Ри сильно сомневался, что его оставят в покое. Он не давал клятвенных обещаний по защите и помощи, и всё равно с него могли затребовать ответов. Всё-таки Ри ногой прижал голову Имона к полу, потому что нужно было идеально сыграть Амальгаму: Рептилии, бывшие с Кайсакой, должны были поверить, что он ещё находится под контролем босса и просто выполняет свою работу. Имон такое вряд ли простит и наверняка напомнит, что с самого начала ему не доверял.
Ну и к чёрту. Ри не нужно ничьё доверие, даже тех, кто был объективно сильнее и умнее него. Наблюдая за работой Иззи и даже помогая, когда она настойчиво требовала этого, он кое-чему научился. До уровня Иззи или Нут ему было далеко, но Ри старательно убеждал себя, что приобретённые знания всё-таки чего-то стоят. К тому же, у него были деньги. Куда меньше, чем у Иззи или Джуд, но явно больше, чем у того же Хейна. Ри справится. Всегда справлялся, даже если с ним было что-то не так.
— Ты будешь вечно злиться на весь мир?
Ри вскинул голову, смотря на Кобру из-под спутанных тёмных прядей, упавших на лоб. Он бы ни за что не позволил причесать их кому-то другому, даже ради того, чтобы хотя бы стать чуть более аккуратным внешне, и жалел, что Иззи его уговорила. Вечер в честь нгуенских послов, связавшихся с Рептилиями, не стоил того, чтобы Ри так старался.
— А что, если так? — выделяя каждое слово, наконец произнёс он. — Почему я не могу злиться на мир, если из-за него мои мать и тётя страдали?
— Они одни?
— Мы говорим именно про них, верно? Почему я должен волноваться о других?
— Например, потому что мои люди следят, чтобы Изабелла Донован безопасно добралась до корабля?
Ри подавил дрожь, охватившую пальцы, и упёрся ими в край стола. Цветочные духи Иззи, всегда щекотавшие нос, впечатались в него чересчур сильно. «Успокойся», — твердил он себе, дыша через рот. Цветочные духи — это не самое страшное, что случалось с ним. Справится.
— Или потому что у меня есть координаты точки, к которой «прыгнул» корвет с Джуд Эзарон на нём?
Ри очень тихо чертыхнулся. «Идиот».
Он — полный идиот, который почему-то решил, что справится со всеми проблемами, что обрушились на их головы по вине Кобры. Разумеется, он нужен ей куда меньше, чем Джуд — настоящая легенда, ради которой к делу были привлечены Тайпан, Амальгама, Кобра и Ящер. Даже как-то подозрительно, что сам Кайман не поучаствовал лично.
Что в ней такого особенного? Дело было в одном эфире или ещё в том, что она из пларозианцев? Если бы к Ри прислушивались чуть чаще, чем никогда, он бы, возможно, попытался убедить Кобру, что Джуд не такая уж и уникальная. Энергичности и любознательности в ней больше, чем в Джоле, а веры в людей и всё самое лучшее во Вселенной — ровно столько же, сколько космических объектов вместе взятых во всех уголках, изученных и неизученных.