— Удивительно, правда, сержант Ортегор? — насмешливо спросил Сириус, сложив руки за спиной и сделав шаг в сторону, чтобы лучше рассмотреть крыло корабля. — На что только не способен эфир, если изучить его и правильно использовать… Можно скрыть что угодно и кого угодно.
Иззи переглянулась с Имоном, глаза которого ни на секунду не прекращали сканирование. Сириус же не мог читать мысли, правда?.. Пларозианцы, конечно, чудаковатые, но не настолько же, а Сириус, вне всяких сомнений, был пларозианцем, что сканирование Иззи только подтвердило.
Следов хирургического вмешательства в его теле не было обнаружено, отчего казалось немного странным, что Сириус был таким высоким и жилистым от природы. И уши, совсем как у Джуд, немного напрягали Иззи. В свете яркого, почти палящего солнца Шаюны смуглая кожа Сириуса выглядела темнее, чем помнила Иззи, зато прищуренные фиолетовые глаза будто стали на пару тонов ярче, а небрежно зачёсанные назад волосы казались совсем белоснежными. Простая тёмная форма Сириуса ни о чём Иззи не говорила, разве что на рукавах лёгкой куртки с отличительным знаком, причисляющим его к МКЦ, были изображены какие-то символы. Поиск в Потоке не дал никаких результатов, но Иззи предположила, что сам Сириус прекрасно знает значения символов на своей одежде.
— Что ж, — наконец произнёс Сириус, дёрнув уголком рта и всё ещё держа руки за спиной, — я и не думал, что меня будут так тепло встречать. А, ещё один сержант Ортегор, — он наконец заметил Азриэля и качнул головой, приветствуя его, — искренне надеялся, что мы никогда не пересечёмся.
— Взаимно, — почему-то сдавленно ответил Азриэль.
Иззи хотела шикнуть на него, чтобы был серьёзнее и увереннее, но сама медленно отступала за спину Ри, держащему Сириуса на прицеле, и судорожно пыталась придумать, как не дрожать под чересчур проницательным взглядом пларозианца.
— Это обязательно? — уточнил Сириус, кивнув на Ри.
— Можем проводить сразу в камеру, — предложил Хейн.
— В камере окажетесь все вы, если я немедленно не получу доказательство. То, что я явился один, не значит, что вы сможете помешать мне.
Иззи скосила глаза на Анубиса: он прожигал Сириуса таким же убийственным взглядом, какого ранее удостаивался только Азриэль. Даже на Имона он смотрел с меньшим подозрением и ненавистью, что казалось Иззи просто невозможным.
— Я жду, — сурово повторил Сириус, мгновенно избавившись от всех дипломатичных ноток в голосе.
— Просто напоминаю, — медленно произнёс Хейн, кладя руку на пистолет на поясе, — что любое лишнее движение — и ты труп.
— Очень мило.
Хейн выждал ещё три секунды, после чего кивнул Анубису. Он сорвался с места, отпихнув оказавшегося на его пути Азриэля, и почти впечатался в Сириуса.
— А ты, полагаю, Номер Семь, — бесцветно прокомментировал тот.
— Заткнись, пока я сам не застрелил тебя!
Вопреки своей злости, Анубис мгновенно протянул Сириусу какую-то вещь — Иззи с дрогнувшим сердцем узнала маленькую чёрную расчёску, которой она старательно расчёсывала волосы Джуд, прежде чем помочь сделать ей причёску.
Сириус с сомнением взял расчёску в руки и тщательно изучил её, провёл длинными пальцами по каждой из граней.
Всё это напоминало очень плохую шутку. Они стояли в пустынном месте на не пойми какой планете, для чего-то любезничали с откуда-то выскочившим пларозианцем, который, если верить Ромелле, владел эфиром, и предлагали ему изучить вещь, которая принадлежала Джуд. Как это могло помочь в её поисках? Почему они вообще тратят время на такие глупости, а не делают всё возможное, чтобы проверить как можно больше зацепок? Почему они…
Сканирование Иззи принесло взбесившиеся жизненные показатели, поднявшийся уровень кортизола и адреналина. От лица Сириуса словно разом отлила вся кровь. Уголок его рта нервно дёрнулся.
В наступившей тишине, когда даже сильный ветер затих, а «Бетельгейзе» будто разом лишился питания, очень громко щёлкнул снятый предохранитель. Иззи показалось странным, что Хейн, всё же взявший пистолет в руки минутой ранее, сделал это только сейчас. Но она быстро поняла, в чём была основная причина: вокруг пальцев Сириуса, сжимавших расчёску, вспыхнули фиолетовые искры. Как у Ромеллы, когда она демонстрировала им свой эфир.