— Никто больше не пострадал? — шёпотом спросила она.
— Нет. Но, может быть, Сириус заработал психологическую травму. Опять.
— Опять?
— Он постоянно бесится, когда твой эфир вынуждает Имона действовать как-то… в общем, странно. В этот раз было так же. Его глаза стали чёрными, и он едва не бросился на Сириуса, но почему-то остановился.
Джуд, сжавшись, свободной рукой натянула одеяло на голову и крепко зажмурилась. От одной мысли, что она что-то сделала с эфиром Имона, у неё кружилась голова. Разве она способна на такое? Разве она может лишить кого-то воли и заставить действовать на благо себе? Тут, должно быть, какая-то ошибка.
Вот только Джуд знала, что эфир не ошибается. Он — это Вселенная, а она просто не может совершить ошибку. Значит, произошедшему с Имоном должно быть логическое объяснение, которое она обязана найти. Джуд должна всё исправить, потому что лишать Имона воли — низко и эгоистично, даже если ей, пожалуй, нравилось, что ради неё он был готов сделать что угодно. Может быть, совсем немного.
О, звёзды далёкие. Нет, нет, нет. Это просто глупости. Джуд, должно быть, ударилась головой.
Как ей может нравится, что Имон был готов защищать её?
«Звёзды, — подумала Джуд, зажмуриваясь лишь сильнее, — звёзды!»
Это не может быть правдой.
Джуд аккуратно выглянула из-под одеяла и наткнулась на встревоженный взгляд Анубиса. Серебряные глаза немного посветлели из-за многочисленных экранов, которые для него были гораздо больше и позволяли следить за ситуацией в зале совещания.
— В чём дело? — мягко спросил он, улыбнувшись.
— Скажи мне, что это не так, — пропищала Джуд.
— Что?
— Я… — она сглотнула, высвободила вторую руку и натянула одеяло до носа, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Кажется, мне нравится Имон.
Глаза Анубиса округлились ровно в тот момент, когда двери палаты раскрылись и на пороге показалась женщина со светлыми волосами, собранными в низкий пучок, и молодой человек, едва не подпрыгивающий на месте. Анубис и впрямь был удивлён, потому что совсем не обратил на них внимания — он смотрел на неё, ожидая пояснения, и, кажется, уже начал сопоставлять имеющиеся у него данные, желая получить хоть какой-то ответ. Но Джуд, чувствуя, что внутренне сгорает со стыда, не могла выдавить ни слова.
— Добро пожаловать в «Нова Астру»! — громко произнёс незнакомец, и Джуд пришлось отвлечься на него. — Как ты себя чувствуешь?
— Пошёл вон, — бросила ему женщина, подойдя к экрану, на котором транслировались жизненные показатели Джуд. — Она проснулась, так что ты больше не нужен.
— Ну уж нет, я остаюсь.
Он прокатил стул на колёсиках поближе к койке и сел, идеально выпрямив спину. Анубис был настолько удивлён, что не отреагировал даже на это — а ведь он, если Джуд правильно помнила, не описывал ей этого незнакомца.
Стараясь не ёжиться под взглядом Анубиса, Джуд посмотрела на молодого человека. Он был бледным, как лист бумаги, но не выглядел болезненным; чёрные волосы небрежно зачёсаны назад, тёмные глаза сверкали в предвкушении. Рукава белой рубашки были закатаны, и на левом запястье Джуд увидела знакомое переплетение линий, фигур и символов, смысл которых до сих пор не разгадала. Но если верить Анубису, подобное сочетание в стигме было только у заклинателей эфира — таких, как у неё. Джуд, удивлённо открыв рот, подняла голову и глазами встретилась с незнакомцем, который тут же улыбнулся ей.
— Холланд, приятно познакомиться.
Он протянул руку для приветствия, однако Джуд заколебалась. Если бы её жизни угрожало хоть что-то, даже какая-нибудь незначительная деталь, Анубис бы не позволил ей здесь находиться — нашёл бы более безопасное место и ни на мгновение не ослабил бы бдительности. Но он всё ещё вглядывался в её лицо, из-за чего она краснела только сильнее, и, кажется, продолжал свой анализ.