Ри на секунду остановился и, тихо выругавшись, взъерошил волосы. Он совершенно себя не понимал и не представлял, что ему делать.
Каждый день он думал, что вот-вот в его голове родится план, который поможет встать на ноги, и каждый день возвращался к тому, что едва не рвал на себе волосы от безысходности и ненависти к себе. Он столько лет пытался вырваться из-под контроля Каймана, что теперь, когда тот, наконец, был за тысячи световых лет от него, Ри не представлял, что должен делать.
Пусть даже он всеми силами это отрицал, оказалось, что Ри всю жизнь только и мог, что подчиняться другим, следовать точным приказам, а не думать своей головой. Теперь, когда он мог принимать решения самостоятельно, он не делал этого. Просто не понимал, с чего начать, как поступить и о чём думать. Не было ни инструкции, ни помощи. Не было Нут, которая точно знала, что ему делать.
Он мог бы переступить через себя и обратиться к Хейну, ведь тот казался ему самым здравомыслящим, но каждый раз, когда Ри хотя бы думал об этом, он мгновенно находил тысячи причин, которые вынуждали его ничего не делать. Ловить на себе жалостливые взгляды было отвратительно. Он, в конце концов, не беспомощный плаксивый ребёнок, за которым нужно постоянно следить, чтобы он не убился о случайный угол стола. Может, он не знал, что ему делать, но это вовсе не означало, что…
— Ри!
Он взмахнул хвостом и резко обернулся, вскидывая руку, но вовремя остановился. Изабелла смотрела на него так, будто не испугалась, что её могут ударить. Паника, уже завладевшая им, будто сковало тело. Ри едва сумел опустить руку и сделать шаг назад.
— Он дал тебе крутое задание? — с искрящимися от любопытства глазами спросила Изабелла.
Ри поджал губы, не зная, что сказать. Он не цеплялся за тренировки с Изабеллой как за что-то, что ему жизненно необходимо, но они привносили хоть какую-то стабильность. Ри точно знал, что с двух до четырёх каждого дня он учит Изабеллу стрелять, и даже если она порой сильно раздражала своими шутками и безответственным отношением к оружию, само наличие этих занятий было единственным стабильным делом в жизни Ри. Это было странно, но ещё страннее было осознавать, что он, вообще-то, не хочет от них отказываться.
— Он дал тебе крутое задание и запретил говорить о нём, — понимающе закивав, сказала Изабелла.
— Нет, — тихо возразил Ри, и лишь после того, как она удивлённо вскинула брови, понял, что сказал это вслух.
— Нет? О, поняла! Наоборот, он не дал крутое задание, которое ты хотел, да?
— Нет.
— Тогда что? — разочарованно проворчала Изабелла. — Давай быстрее, я ещё хочу успеть узнать все детали этой дурацкой экспедиции.
— Что?
Изабелла свела брови к переносице, и Ри, не ожидая от себя такого, стыдливо опустил уши. Мало того, что он не понимал, что делать, так ещё совершенно не следил за тем, что говорил. Мысли путались, и сосредоточиться было крайне сложно.
— Ты вообще услышал хоть что-то?
Ри медленно кивнул.
— И помнишь, что через пять минут у них ещё одно собрание, только без нас?
Ри ещё раз кивнул.
— Тебе что, совсем не интересно?
— Нет, честно говоря.
— Тогда в чём дело?
Ри хотел ответить, — пожалуй, даже сильнее, чем ожидал от себя, — но не мог выдавить ни звука. Простой ведь вопрос, так почему он не может хотя бы придумать ответ, который пусть и будет лживым, но сойдёт за подходящий?.. Изабелла всегда была любопытной, и Ри уже давно привык, что за одним вопросом обязательно следует ещё пять, даже научился почти не злиться из-за них.
— О звёзды далёкие, — прикрыв рот ладонью, пробормотала Изабелла. — Он что, запретил тебе тренировать меня?
Ри, удивившись, дёрнул хвостом.
— Как он мог не знать, что ты подслушивала? Я даже не чувствовал твой запах.
— Во-первых, это был лишь вопрос времени, потому что он уже больше недели пытается убедить меня, что ты неуравновешенный псих и тюрьма МКЦ плачет по тебе. Во-вторых, я ведь хорошо пахну? Я попробовала новые духи, но не уверена, что они мне подходят, хотя вишня…
Ри, выдавив нервный смешок, дёрнул уголком рта. Она что, издевается над ним? Она знала, что Донован считает Ри опасным, и всё равно продолжала защищать его? И как только поняла, что попала точно в цель, заговорила не об этом, а о долбанных духах, которые, вообще-то, и впрямь ей подходили.