— У тебя есть девчонка, — напомнил незнакомец. — Если у тебя есть она, значит, есть и информация о «Сосуде».
— Ты в этом так уверен? — доктор скривил губы, когда химера чуть надавила на его плечи. Вальфбард не был по-настоящему старым, ему даже не было пятьдесят восемь лет, как это указывалось во всех базах данных, но сказывалось добровольное заточение в этом простом теле. Сила ещё помогала бороться с болью и неудобством, но не могла заглушить их полностью.
Незнакомец присел на корточки и посмотрел на него — по крайней мере, так думал Вальфбард, ведь из-за этой чёртовой маски, изображающей сплошные помехи, он не мог понять, куда именно смотрит его противник.
— Ты обязан знать это, — жёстко произнёс незнакомец. — Ты ведь знал Хезер, да? Тогда ты обязан знать и о проекте «Сосуд».
Должно быть, незнакомец совсем недавно работает с теми, кто его послал. Или работает давно, но так слепо, что совсем не замечает очевидного. Между Хезер и проектом «Сосуд» нет никакой связи, и об этом знает каждый, кто был лично знаком с Хезер.
Однако одно упоминание её имени заставило сердце Вальфбарда сжаться — он списал это на тяжёлую тушу химеры, давившую на него. Ему казалось, что он уже давно расстался с прошлым, что никто больше не будет напоминать о Хезер и других людях, которых он потерял, а если это и произойдёт, то он выдержит, не поведёт и бровью. Он не был готов поверить, что сдастся после первых же слов.
— Ты идиот, — процедил Вальфбард, прожигая взглядом незнакомца. — И ты ничего не знаешь о целях, которые пытаешься достичь. Ты лишь марионетка, каких много. Скажи, кто именно тебя направляет? Или ты всё делаешь без разрешения хозяев, надеясь, что те потом тебя только похвалят?
Его слова возымели соответствующий эффект: незнакомец дёрнул головой, словно ему дали пощёчину, и слегка отодвинулся. Этого хватило, чтобы химера учуяла его замешательство и немного ослабила хватку. И этого хватило, чтобы Вальфбард, уцепившись за свою силу, вытянул её на поверхность.
Химера завизжала от боли и отскочила в сторону. Вальфбард точно знал, что его сила, всё ещё невидимая для остальных, делает с химерой: проникает под её толстую кожу, ускоряет движение крови и сжимает сердце. Фокус был достаточно простым, но требовал хоть какого-то опыта и полной сосредоточенности, однако даже Джуд, если постарается, сможет его провернуть. Доктор тряхнул головой, отгоняя мысли о Джуд, и вскинул руку в сторону незнакомца. Тот успел только выдохнуть, когда вспышка жёлтого отшвырнула его к стене. Вальфбарду никогда не нравился этот цвет, но что он мог сделать?
Тело ещё помнило о лапах химеры, но Вальфбард всё же смог подняться на ноги и ещё раз атаковать своих противников. Химера продолжала визжать, но уже намного тише, а вот незнакомец справлялся лучше неё — он определённо уже имел дело с подобной силой и знал, как ей противостоять, но не слишком хорошо справлялся с этим сейчас. Вальфбард, кряхтя от натуги и резкой боли в правом предплечье, подошёл к незнакомцу, схватил его за горло и приподнял, прислонил к стене и второй рукой начал снимать с него маску. Та легко поддалась, словно вообще не имела никакого крепления, но Вальфбард-то знал, что это вызвано его силой, атаковавшей сложное устройство.
— Итак, — стараясь говорить как можно тише, начал Вальфбард, — теперь мы поговорим о том, что действительно важно. Кто тебя прислал?
Маска соскользнула и упала на пол. Перед Вальфбардом стоял молодой человек, с детским круглым лицом и широко раскрытыми глазами, в которых уже начала отражаться паутина глаз доктора — воздействие силы давало о себе знать. Юноша мялся, кусал щёки изнутри и сжимал зубы, но оказался недостаточно силён и всё-таки выпалил:
— Эбба.
— Эбба? — повторил Вальфбард, пытаясь скрыть своё удивление. — Из Горгон?
— Да, но только это не та самая Эбба, — продолжил лепетать юноша. — Та самая уже давным-давно мертва, и теперь вместо неё другая.
— Погоди...
— Настоящая Эбба не согласилась с нашим новым боссом, и тот наказал её. Та Эбба, что есть сейчас, слушается босса.
Голова Вальфбарда едва не пошла кругом. Он был в курсе влияния семьи Горгон и знал, что Эбба — их глава, но он не представлял, что она не была той самой Эббой. Если в семье Горгон были ламмертцы-хамелеоны, это бы объяснило, почему ещё никто не заметил подмену.